– Так сказали. Он всегда был любопытным мальчиком и вдумчивым, но чтобы такое… Да зачем же? Больно мне было видеть, как его увозят. Ему ведь даже не дали попрощаться с семьей. Вы бы видели его лицо! И как он рвался к матери – не от страха за себя, за нее переживал. Бедный, бедный Алето.
Любопытный вдумчивый мальчик, значит. Почему бы такому не захотеть взглянуть на другую сторону силы? Аманьеса отлично смотрелся во второй версии про то, что в городе ходит тот, кто интересуется тайнами смерти.
Так или иначе, все указывало на то, что замешан маг. Перед глазами снова появилось видение огненного ада – единственное расследование, касавшееся магии, многое отняло. А на этот раз какой будет цена? Впрочем, даже если придется выскрести все – немногое ведь осталось, с делом стоит разобраться.
– А что Эйнар?
– Не знаю, инспектор, не знаю. Он ведь к тому времени уже стал взрослым – воспитатели ему были ни к чему. Я и в коридорах его не встречала, он все силы бросил на служение церкви. Хотя нет, видела я его один раз после того, как забрали Алето – весь печальный-печальный, как скулящий пес. Верными они были друзьями, да развели их по разные стороны.
– Развели? – уточнил Грей. – Не сами разошлись?
Анесса странно посмотрела на него – без своего подслеповатого прищура, более ясно и даже гордо.
– Комиссар, у меня кое-что есть, – голос перешел на доверительный шепот. – Когда Раона забрали, я собрала вещи, чтобы отнести его родителям, да кое-что выпало. Дневник. Я побоялась идти к сену Кавадо второй раз, так тетрадь и лежит у меня.
Ольяносо шустро поднялась с кошкой на руках и прошла в соседнюю комнату, прикрыв за собой дверь. С минуту раздавалось шуршание, затем она вернулась с тетрадью в кожаном переплете.
Это было такое великолепное совпадение, что верилось с трудом. Грей не рассчитывал, что болтливая старуха поможет делу, но она оказалась той крошечной деталью, благодаря которой головоломка могла сложиться. Возможно, в дневнике не было важного – ну кто из мальчишек вообще ведет дневник! – но Грей, как опытный охотник, почувствовал след даже на голых камнях.
– Много времени с тех пор прошло, но недостаточно, чтобы мы перестали нуждаться в правде.
Грей внимательно посмотрел на Анессу, а она улыбнулась в ответ печально, но с пониманием.
– Я думаю, вы сможете разобраться, инспектор Горано, – сдержанно сказала она.
– Обязательно. Спасибо за помощь.
Коршун все не сводил взгляда – а была ли Анесса болтуньей на самом деле? Все ее разговоры вдруг показались маской, будто это не он нашел зацепку – она сама умело подвела его к правде. Грей покрепче сжал тетрадь. Если это так, что же записано в дневнике?
– Давай, давай, – Эйнар подталкивал в спину.
– Так о чем нам говорить? – уже в который раз спросил Алето.
Накануне вернувшись в их комнату, Эйнар таинственно сказал, что утром Альвардо хочет поговорить с ними. Друг явно знал причины этого разговора, но упорно не называл их. Наверняка раньше времени не хотел расстраивать, что Алето отчисляют. За два годы учебы тот так и не смог почувствовать себя в школе Ордена своим, наравне со всеми. Ему все время казалось – нет, так и было, – что над ним смеются за деревенский говор, за вечный голод, за манеры, что он так мало знает. И что другим известно о его больных матери и сестре. Ну куда ему против всех этих аристократов? Магия обычно не выбирала простых людей – с Алето она ошиблась.
– Скоро узнаешь, – улыбнулся Эйнар. – Шагай быстрее.
Они вместе поднялись в западную, самую высокую башню школы, где находился кабинет директора Альвардо Гасты. Друг едва постучался в дверь, только для вида, и сразу толкнул ее. Он мог себе это позволить. У него магия проснулась, когда ему исполнилось всего семь. Это произошло сразу после убийства родителей, и его забрали в Орден. Эйнар считал Альвардо почти что отцом и вел себя не так, как другие ученики. Алето до сих пор робел, ловя тяжелый взгляд карих глаз директора.
– Отец Гаста, – сказал Эйнар, и Алето поклонился вместе с ним.
– Присаживайтесь, – Альвардо с добродушной улыбкой указал им на стулья напротив стола, за которым сидел, укрывшись книгами.
Один уже занимал Раон, встретивший вошедших сердитым выражением и нахмуренными бровями. Эйнар сел справа, и Алето досталось место посередине. Парень беспокойно заерзал на сиденье. Ну и что он делает здесь, наедине с директором и двумя лучшими учениками?
– Алето, я рад, что ты пришел, мы давно с тобой не говорили, – Альвардо снова улыбнулся.
Парень быстро кивнул в ответ. В первый год, когда он только оказался в школе, директор занимался с ним лично, после же перестал обращать на него внимание, и к ученику за это время вернулось прежнее недоверие, хотя поначалу он был готов смотреть на Альвардо, кажущегося едва ли не всемогущим в своем королевстве-школе, как на настоящего бога.
– Как твои успехи в учебе?
