Варвар за всё это время не произнес ни звука. Сидит за столом и наблюдает с легкой улыбкой на губах, которая иногда исчезает, и тогда, в его глазах появляется столько печали...
Мы ужинаем также молча. Мы вообще, очень мало разговариваем друг с другом. Это и удивляет, и расстраивает. Но при этом, наше молчание не тяготит, в нем нет неловкости. Оно какое-то уютное.
Покончив с едой, я убираю тарелки и предлагаю пойти в гостиную.
- Три вопроса, - говорит Сава, когда мы устраиваемся на диване.
Эти его слова так неожиданны, что я даже слегка теряюсь и не сразу понимаю, о чем он. А когда понимаю, теряюсь ещё больше, потому что выбрать три из сотни очень сложно.
- Хорошо, - говорю я. - Три вопроса, начинай, - хитрю я, потому что не могу определиться, что же больше всего я хочу узнать.
- Кто он? - повторяет свой вопрос.
- Знакомый, - взгляд Варвара красноречивее всяких слов, и я продолжаю. - Когда-то я проходила практику у него. Он пригласил на ужин, я согласилась, - отвечаю, но в глаза не смотрю, этот ответ такой поверхностный.
- Ужин, что перешел в завтрак? - хмыкает Варвар. И я замечаю, как он сильно сжимает челюсть.
- Это вопрос? - он стреляет глазами, но ничего не говорит, а потом задает другой вопрос. - Почему ты осталась у него?
- Он предложил...
Варвар начинает смеяться, но смех скорее напоминает смех сумасшедшего злодея, в нем нет веселья.
- Он предложил, и ты осталась. Сладкая, бля, серьёзно? И как часто ты соглашаешься на такие предложения? - он уже не скрывал своей злости.
Его слова меня разозлили, и я замахнулась, чтобы ударить, но мою руку поймали. А сама я, вскоре оказалась прижата к дивану.
- Отвечай, - шипит он.
- Нет уж, - настала моя очередь показывать зубы. - Кто та девушка?
- Она племянница хозяина клуба. И моя фанатка. И, да, я её поцеловал, чтобы сделать тебе больно.
- Почему? - я и не ожидала, что моя догадка будет правдивой. И что он в этом признается. - Я уже говорил, просил тебя исчезнуть так, чтобы я не смог тебя найти. Потому что я сам уже не могу. Я хочу быть с тобой, но это не приведет ни к чему хорошему. Я сделал это, чтобы ты ушла, сама ушла.
- Тебе удалось, - уже без злости говорю я. - После этого я и согласилась на ужин, а потом и остаться. Знаешь, иногда хочется кому-нибудь быть нужной.
Глаза в глаза. И в его глазах боль, её много... Я не могу её понять, унять её тоже не могу. Но у меня есть ещё один вопрос очень важный для меня:
- Ты исчезнешь?
Он не отвечает, он целует. Как-то по-новому, по-другому. Нежно. "Словно прощается" - мелькнуло в моей голове. Слезы сами начинают катиться из глаз. Он их замечает и начинает ловить своими губами.
- Так нельзя, Сава, нельзя. Я хоть и не совсем нормальная, но я же живая... с тобой. С тобой я так много всего чувствую, мне и хорошо, и больно, - я уже не сдерживаю слёз, и позволяю себе всхлипывать. - Я хочу быть с тобой. Пусть, просто, как любовница. Но ты отталкиваешь меня, исчезаешь, а стоит мне с этим смириться, ты снова врываешься в мою жизнь. Это... это труднее, чем прыгнуть с тарзанки. Там ты знаешь, что просто летишь вниз. А с тобой, я не знаю, что будет дальше. Ты сейчас словно прощаешься. Я не понимаю. Объясни мне. Я хочу понять, чего мне ждать.
Он перестаёт нависать надо мной, садится, а потом тянет меня на себя, заставляя сесть к нему на колени, и крепко обнимает.
- Ты права, Сладкая, - его голос тихий, хриплый. Он словно ласкает меня, но я не могу расслабиться. Интуиция кричит, просто орёт о том, что я не услышу ничего хорошего. - Я веду себя ужасно по отношению к тебе. Но я не могу остаться. Я очень хочу, но не могу. Тебе... нет, мне нет места в твоей жизни. Ты становишься слишком значимой, а так не должно быть. Если я останусь... если останусь, я тебя погублю. А остаться с тобой просто любовниками не получится. Для меня ты уже значишь больше, иначе, меня бы здесь не было. Я бы не сидел под твоими дверями в ожидании. Мне было бы абсолютно всё равно, где ты и с кем проводишь время. Но мне не всё равно. Совсем не всё равно... - я почти не дышала, слушая его исповедь, боясь спугнуть его откровенность. - Я сейчас уйду. Снова. И надеюсь, в этот раз я смогу держаться подальше от тебя. Но я не даю гарантию, что опять не приду, однажды увидев тебя с другими. Что останусь равнодушен, увидев, как ты улыбаешься другому. Что не набью морду тому, кто поцелует тебя при мне. Ты можешь считать меня отморозком и законченным психом, но я уверен, что буду заявлять на тебя права снова и снова. Поэтому прошу, не провоцируй. Не позволяй мне увидеть себя с другими. Не ищи со мной встречи, избегай мест, где мы можем встретиться. Защити себя от меня.
Я не отвечаю, слова здесь ни к чему. Я просто начинаю покрывать поцелуями его плечо, шею, мои руки скользят по его обнаженному торсу. Я тоже прощаюсь, и хочу на прощание еще немного тех чувств и ощущений, что способен подарить только он. Мои руки добираются до пряжки ремня, а губы берут в плен его губы.
