Сука ревность встает в полный рост. Сладкая замахивается, чтобы ударить, но я перехватываю её руку. Подминаю девушку под себя.
- Отвечай, - шиплю я, нависая над ней.
Она тоже злится, ее личико теряет маску равнодушия, глаза начинают гореть праведным гневом. А вместо ответа она задаёт свои вопросы.
Спрашивает про Милану. Отвечаю честно, не вижу смысла что-либо скрывать, даже уточняю, что тот поцелуй был для неё. И как оказалось, он сработал. Именно после него, она согласилась пойти на ужин с тем мужиком.
Я только одного не понял, как так получилось, что у них ничего не было. Как можно быть рядом с ней и не хотеть её? Не хотеть просто касаться, целовать, быть в ней, ловить её стороны. Я хочу всего этого, хочу. И мне больно от того, что это невозможно. А потом она задаёт свой третий вопрос:
- Ты исчезнешь?
У меня во рту пересохло, не могу произнести ни звука. Я ведь действительно хочу держаться от неё подальше. Вместо ответа я её целую, но делаю это медленно, нежно, словно запомнить хочу. Хотя почему -- словно? Я буду помнить каждую её черточку, её вкус, её запах. И буду прокручивать эти воспоминания в своей голове снова и снова.
Замечаю, что она начинает плакать. Ловлю её слёзы, мне тоже больно. Начинает говорить, что так нельзя. Что она хочет быть со мной. Что я её мучаю. Что она не понимает меня.
Поднимаюсь, усаживаю её к себе на колени и впервые, пытаюсь быть откровенным. В надежде, что она поймет, что услышит. Ведь мне тоже сложно, тоже тяжело, тоже больно. Но мне будет куда больнее, если с ней что-нибудь случится. Я говорю, признаюсь, как много она для меня значит, и прошу держаться подальше и уж точно, не попадаться на глаза с другим.
Сладкая слушает, не перебивает, а потом начинает покрывать поцелуями моё плечо, в которое, только что, упиралась головой. Переходит к шее, находит губами губы, а руками пряжку ремня. Она не спешит, теперь ее очередь прощаться, и этот секс не похож ни на что, из того, что было между нами. Нам одинаково больно расставаться, но я не вижу другого выхода. Прерывая поцелуй, Сладкая просит остаться, и я остаюсь.
Мы вместе принимаем душ, а затем идем ложиться спать. Маша засыпает быстро, а вот я не могу уснуть.
За окном начинается гроза. Стихия, которой пахло в воздухе, наконец-то обрушивает свою мощь на город. Обновляя всё на своём пути, смывая грязь и пыль. Уничтожает душную жару, что правила балом весь день.
Я крепко прижимаю Сладкую к себе, она переплела наши пальцы, и это так чертовски правильно, лежать соприкасаясь обнаженными телами. Я слушаю её дыхание, такое мирное, спокойное, на фоне дождя, что стучится в окно и засыпаю сам.
Просыпаюсь, как всегда, рано. Во сне мы перестали быть сиамскими близнецами, но когда я проснулся, мы все равно были максимально близко друг к другу. Мы лежали лицом к лицу, почти соприкасаясь лбами.
Какое-то время я не шевелюсь, просто лежу и рассматриваю девушку, которая, так случайно, но так безвозвратно ворвалась в мою жизнь. Впитываю в себя каждую черточку, наслаждаюсь моментом быть рядом, и прощаюсь, желая ей счастья. Счастья, которого не может быть со мной.
За окном уже светает. Я тихонько выбрался из кровати, подхватил свою одежду и вышел из спальни. Не стал заходить в ванную, чтоб не разбудить хозяйку. Оделся и вышел, тихонько прикрыв за собой входную дверь.
Убеждал себя, что сделал всё правильно. Но поехал я не домой. Поехал туда, где были мои самые близкие люди. Единственные, с кем я мог быть откровенным. Кому мог всё рассказать. Жаль они не могли мне нечего ответить.
Маша
Я просыпаюсь от звонка будильника. Вспоминаю вчерашний вечер и то, что Сава остался со мной. Не открывая глаз, протягиваю руку туда, где должен лежать парень. Но его половина пуста, а простынь уже перестала хранить его тепло. Значит, ушёл давно.
Хочется разреветься, но сдерживаюсь. Я ведь знала, что так и будет.
Заставляю себя встать. Иду умываться и собираюсь на работу. Телефон пиликает, пришло сообщение от Кирилла. Он пишет, что ему плохо спалось без меня, и предлагает встретить сегодня с работы.
Я вроде бы понимаю, что меня должно порадовать такое сообщение, но нет. Оно не вызывает никаких эмоций. Даже раздражения. Встречаться с Кириллом мне тоже не хочется. Да, и Сава просил избегать встречи с ним. Поэтому ехать к Кириллу, это не вариант. В тот раз Варвар меня послушался и остановился, но второго раза не будет. В том, что он не позволит быть рядом со мной другому, я была уверена. И вот эта мысль теплом разливается где-то в груди и вызывает улыбку.
Господи, ну почему он? Почему тот, кому я не нужна? Нет, Маша, нужна. Ведь он говорил, что хочет, но не может. А почему? С ним всегда больше вопросов, чем ответов.
Кириллу я так ничего и не отвечаю. И меня даже совесть не мучает. У меня скоро отпуск, я собиралась провести его дома у родителей, но, наверное, лучше куда-нибудь уехать. Это идея посещает меня по дороге до офиса. Решаю после работы заехать в какое-нибудь турагентство.
