- Мне семнадцать было, когда встретил его. Красивый, сильный и я с моим котом были разного мнения. Я хотел просто банально переспать, а вот мако мечтал оплодотворить. И, - Руан улыбнулся, - он кинул нить запечатления. Ее приняли. Нам не разрешили зачатие до двадцати. Сейчас я понимаю почему, а тогда очень психовал. Да и он не отличался терпением. В итоге в девятнадцать мы это сделали. Всю беременность и роды ходили вместе, тяжело и мучительно. Не хватало сырья, черпали от всех в семье. Намучились сами и всех намучили. Наш малыш родился недоношенным, слабеньким, но через пару месяцев все нормализовалось. А вот между нами все угасло. Запечатление было только на потомство, а не на долгую и счастливую жизнь. Это мы понимали лучше, чем наши семьи. Скандал в итоге и я, со своим максимализмом, иду на службу. Да не куда-то, а в самое пекло.
Итан поглаживал его плечо.
- Я тебя младше всего на два года, Итан. - Хмыкнул Руан и погладил его грудь ладонью. - И здесь, на этих безлюдных землях прожил чуть ли не половину жизни. Мы зачищали местность от спятившей скотины, одичавших собак и с каждым днем становились все безжалостнее и опаснее. В итоге нас отправили на базу по подготовке пилотов, после чего в космос. А там бои, за наши границы, встреча с профессором Гимели и моя жизнь круто повернулась. На станции, когда я понял, что исследования профессора мне ближе к сердцу, все и случилось. В тот год профессор добился моего перевода под его крыло, а в день перевода прибыл корабль с "ним". - Руан вздохнул. - Я так и не запомнил его лицо. Из-за того, что тело мое не готово было, я не залетел в первую свою течку. Говорят, я разнес комнату, когда все происходило. Тело хочет, зверь нет, человек ничего не понимает, а самец берет через силу, ибо понимает - нельзя так все оставлять. После, я был госпитализирован и проведено полное генное обследование. Когда в себя пришел, мне популярно объяснили, что со мной такое. И так же сказали, что, если я не смогу зачать в течение двадцати лет, я вернусь на стезю самца, но не факт, что останусь плодовитым. Врачи уверены были, что мне проходу не дадут, так как я там симпатичный и все такое, а я понимал - нет тут сильного самца на кого я среагирую. И не было, до тебя.
- И сколько твоему сыну?
- Сорок пять. И я еще не дед. - Ухмыльнулся Руан. - А Аравелю сейчас сколько?
- Тридцать шесть. И я дед! - заулыбался Итан.
- О, да. - Заулыбался Руан.
Итан прижался щекой к его макушке и замурлыкал сильнее. К нему прижались, пригрелись и вскоре мирно посапывая затихли под боком. А вот Итан спать не собирался. Он полежал немного и выбрался из постели, осторожно оделся и вышел из комнаты.
Руан проснулся один. Пошел в душ, перекусил и только тогда его пара вернулась. Итан зашел в комнату весь какой-то взъерошенный, глаза блестят и в них толи злость, толи удовлетворение. Не понять. Руан посмотрел на него и замер. От Итана несло запахом того придурка, который к нему полез. И смотрел Итан так, что слов ругать его не нашлось. Руан понял, что его защищали, что Итан защищал свое. Ругать его нельзя. Да и его глаза говорят об этом. Да и сам Руан поступил бы так же.
Вздохнув, он подошел и обнял его, прижимая к себе.
- Спасибо. - Мягко шепнул ему на ухо, и Итан расплылся в самодовольной улыбке, обнял его в ответ. А потом они позвонили Аравелю, обрадовали.
Минут десять сын поучал отца, ничего не воспринимал в сопротивлении и вообще, он только советовал Руану ухватить покрепче, что бы не дергался. На эти слова кумар морщился, головой качал, чем давал еще больше пищи, для мозгомойки от сына. Руан же только головой кивал в знак согласия и теснее прижимался плечом к своей паре. В итоге Аравель сжалился над отцом, поздравил еще раз, чмокнул обоих через расстояние и отключился.
Итан выдохнул, ведь его Аравелька вырос, сам растит котенка и…
- Не грусти. - Мурлыкнул на ухо Руан, оплетая руками его шею, - Аравель очень любит тебя.
- Я знаю. - Самодовольно улыбнулся Итан. - Просто он такой взрослый. Такой самостоятельный.
- Тебя что-то тревожит?
- Аравель красив, силен и любой самец посчитает за честь создать с ним пару, а его блудень этого не понимает. Все ерепенится, все голову поднимает, почем зря. Аравель ведь любит его очень сильно, до такой степени, что его другие и не волнуют.
- Итан, что-то случилось? - он сел рядом, положив ладони на его и слегка сжал пальцы. - Итан, что такое?
- Я ощущал, практически сразу по отлету Аравеля, как его нить дрожала, словно его пуме было холодно.
- Он снимал щит пары?
- Кажется да. - Итан поморщился, глаза прикрыл. - Аравель гордый очень и, если этот сопляк опять ему изменил… Боюсь, что Аравель его не простит. Как бы чего не вышло.
- Ты сказал, что ощущал, а сейчас?
- Не знаю. В том-то и дело, что я не понимаю, что происходит. Сейчас нить стабильная, даже крепче, чем была.
- Может просто поссорились?
- Не знаю. - Итан покачал головой. - Когда Аравель с ним по телефону разговаривает, аж светится весь, а тут в гости приехал, а в глазах боль и слезы. Не плакал, но они стояли.
- Неужели не позвонил?
