- Арман, пожалуйста. - Итан прижался сильнее, всхлипнул, его кот замяукал настолько жалобно, что бета сам всхлипнул.
- Ты понимаешь, что ты от меня просишь? - плача, спрашивал Арман. - Стать тупым инкубатором! Я же ему ни грамма не передам своих сил. Ни единого грамма. Мой зверь отказался. Я не смогу тебе помочь.
- Я справлюсь. Ради ребенка я справлюсь. У меня вообще шанса на своих детей может никогда не быть. Я вне категорий, слишком силен, - он поднял голову, умоляя смотрел в глаза, которые были и сами на мокром месте.
- Ты дурак. - Покачал головой Арман и закрыв глаза, закусил губу.
Его кот открыл доступ к себе. Кумар метнулся к распутывающемуся клубку колыбели и выдохнул сгусток силы, подхватил лапой свернувшийся кокон, замурлыкал. Итан встал с пола, крепко обнял дрожавшего от переизбытка силы бету и шепнул ему на ушко:
- Спасибо.
Он принялся его зацеловывать, ласкать и вскоре завалил на кровать, нежно взял, залил вокруг кокона защитный щит. Арман плавился под ним, чувствовал все куда как ярче, чем раньше…
Они лежали на кровати и один спал от усталости и долгих игр, а второй все наглаживал его еще плоский живот. И улыбался, как идиот. Итан не мог не улыбаться. Он ощущал, что вот тут рядом с ним внутри родителя растет его будущий сынишка. Маленький котенок, храбрый и сильный.
Прижав к себе спавшего, кумар довольным задремал. Его первый день был удачным и плодотворным. Распадающийся слой колыбели он восстановил, страх котенка прошел, зверь Армана не мешал, даже выделил им свое место в его мире, где защитный щит на коконе будет удобно лежать, защищенный от бездны, куда неминуемо слетел бы маленький котенок.
Месяц за месяцем давался тяжелее обычного. Итан уставал на работе, приползал домой и заласкивал свою временную пару, которая требовала передавать ему силы каждый день, ибо щит начинал требовать у него силы. И Итан давал их. С лихвой. Но в последнее время усталость давала о себе знать. Он уже не бегал так резво с мешками строительной смеси, а ходил. Он частенько клевал носом на постоянной работе, иногда допускал мелкие ошибки.
Начальник посмотрел на него, на его легкие тени под глазами, отозвал на разговор.
- Итан, я знаю, что ты очень хороший работник. - Начал разговор начальник.
- Я уволен? - угрюмо спросил он.
- Нет. - Покачал головой начальник. - Но, если ты и дальше будешь таким невнимательным, то мне придется оштрафовать тебя. Я бы не хотел этого делать.
- Я вас понял.
Итан было хотел идти и продолжать монотонную работу, да начальник хмуро посмотрел на него и не выпустил.
- Скажи, а что у тебя стряслось?
- Все нормально. - Проговорил альфа, а у самого лицо бледное.
- Слушай, давай ты вот тут и сейчас, мне, как старику, прожившему жизнь, поделишься своей проблемой, а не как с начальником? - он посмотрел на молодого и очень вялого альфу. - Я ведь вижу, ты какой-то замученный.
- Извините, если заставил вас волноваться. - Попытался отвертеться от разговора Итан.
- Итан, рассказывай. - Потребовал начальник.
Итан рассказал. С каждым словом, с каждой фразой, начальник только головой качал.
- Арман твой прав. Если его зверь отказался от колыбели, ты один не выдержишь всего этого.
- Я не могу допустить, что бы такой шанс уплыл из-за легкого недомогания. - Итан покачал головой. - Вы ведь видите, я слишком силен для местных рождающих, а ЦКП мне пару искать не будет. У меня не тот статус. Мне не положено. А, тут всего лишь надо распределить свои силы и дозировать их каждый день. Еще немного и малыш появится на свет.
Начальник покачал головой. Итан вышел из его кабинета с ощущением, что ему стало намного легче. Он выговорился, поделился своими планами, и теперь его зверь благодарно вылизывал шерстку, готовился к встрече с колыбелью. Подбирал потоки силы, тасовал их, снижал давление.
Арман его ждал, приготовил покушать. Итан перекусил, осторожно взял его, передал силы малышу, потом в душ и на вечернюю работу в магазине. Затем ночь и страстный дикий секс, опять передача сил уже на щит, чтобы оградить Армана от требования кокона и не вынуждать его зверя защищаться. Несколько часов на сон и опять монотонная работа, и опять все заново.
На последних двух месяцах Итан не редко падал от усталости, очухивался лежа на тротуаре, медленно вставал и шел домой. А, дома его ждали, требовали передать силы, кормили и он благодарно засыпал рядом с округлившимся Арманом. Сам Арман был жутко раздражителен. Если в первые четыре месяца он был свободен, даже концерты вечерние в клубах проводил, то после ему пришлось засесть дома. Если раньше в обед не требовались силы, то сейчас их надо было принимать в обязательном порядке.
