Ему сказали и Итан поднялся на этаж. Его нервы были на пределе, но он сдерживался. Подойдя к двери номера, прислушался. Аравель постанывал, рядом был кто-то, кто так же сладко постанывал. Еще были разговоры, потом все стихло.
Возле двери Итан простоял примерно два часа. И вот дверь открылась и первый выходящий даже назад шарахнулся. Итан придержал дверь и спокойно вошел внутрь, не обращая внимание на сбледнувшую молодежь. Он подошел к кровати, осмотрел на удивление вымытого сына и одетого в свои вещи, принюхался. От него не пахло меткой, значит вняли его словам. Молча поднял сына на руки и вышел из номера.
Парни оторопело смотрели ему в след. Они уже думали, что их тут же укатают в пол, сделают эстетическими ковриками, а кумар просто забрал свое и ушел.
- Ну и выдержка у него. - Выдохнул один из парней, когда отец скрылся из глаз, спустившись по лестнице.
- Я бы убил. - Пробормотал его друг.
- Нет. - Покачал головой парень, тот что получил ЦУ от Итана. - Будет у тебя рождающий и ты будешь вынужден ради его здоровья делать фактически тоже самое.
- Настолько молоденький? - спросил еще один из друзей.
- Примерно шестнадцать. Только открылся, если судить по играм его зверя и интересу.
- Нас не призовут к ответственности за такое? Насколько я знаю, молодые должны играть с молодыми, чтобы знать свои резервы. А взрослые, редко-когда допускаются.
- Нет, не призовут. - Улыбнулся парень. - Он дал мне указания, я их выполнил. Теперь все остались довольны итогом…
Итан приехал домой, уложил сына и покачал головой. Аравель еще не смирился с тем, что его природа требует в жесткой форме самца раз в три месяца. И ему, Итану, придется вдолбить это в его головенку.
После этого случая Аравель был морально бит отцом, хорошо поставлен на место и заверен тем, что его воспитание позволяет иметь партнером покрывающего, ведь Итан не учил его только вести охоту. Сейчас он будет предметом охоты, но и сам может делать тоже самое.
И вот школа позади. Аравель, статный красавец, умный и знающий себе цену, прошедший переломный момент своей половой принадлежности и пересмотревший свои взгляды, сейчас рассматривал мимо проходящих альф и бет, как очередную жертву в свои сети. Как оказалось, его пума очень любила играться с теми, кто клевал на его крючок. Единственное что было грустным, это полная неспособность его покрыть и зачать котенка.
С каждым годом, уже учась в университете, получая первую профессию, имея кучу любовников, Аравель прекрасно понимал - ребенок ему не светит, ибо сильных самцов тут нет. Даже Элев был для него слаб. Они остались друзьями, хоть и переспали вне течки несколько раз.
Первый их раз и потеря невинности тела, когда течка ничего не расслабляет, не подстраивает, была после летних каникул на предпоследнем году школы. Они тогда купаться ходили, были разгоряченные и внезапно игры с валянием друг друга по песку переросли в нечто большее. Элев навалился на него всем весом и Аравель не оттолкнул его, даже когда его стали целовать и трогать. Он отдался ему, позволил себя взять и Элев пометил его, ибо резинок не было.
Аравель тогда впервые был настолько смущен, что прятал глаза и Элеву приходилось его за лицо поворачивать и заставлять смотреть на себя. После всего, после этого секса, Аравель на неделю ушел в свои мысли. Потом вызвал на разговор друга, и они расставили все точки над "и". И все, дальше были другие, но с ним он бывало спал, позволял доставлять себе удовольствие, но ближе не подпускал. И Элев знал причину - слишком слаб. С каждым их разом Аравель требовал все больше и вскоре друг не смог чисто физически его удовлетворить. С того момента они остались просто друзьями, ибо пума отстранила от себя зверя Элева и перекрыла ему доступ к себе.
Время неумолимо летело вперед. Итан жил сейчас в ожидании новых испытаний. Если Аравелю не найдется пара, то придется идти в ЦКП, либо глотать слезы. И Итан уже ощущал беспокойство сына. Его зверь не ощущал достаточно сильного зверя рядом, не видел сильного физически самца. И это знание беспокоило Аравеля.
