Когда он спустился за своими последними вещами – пуховиком и надежно припрятанной коробочкой быстрозапариваемой лапши, то за своим столом он увидел Евгению, которая круглыми глазами, почти не дыша, смотрела на Тит Титыча, а также Ровнина, с улыбкой наблюдающего за ней.
– Не бойся, – посоветовал Коля девушке. – Титыч хороший.
– Я не боюсь, – шмыгнула носиком девушка. – Просто до этого как-то призраков не видела ни разу.
– Кстати – о призраках. – Ровнин щелкнул пальцами. – Николай, надо бы наведаться на Бобров переулок, это тут недалеко, пешком дойти можно. Там в 12 доме вроде что-то на чердаке завелось. Сия неведома зверушка по ночам воет, по трубам стучит и жильцам покою не дает. У меня там просто знакомая проживает, так что… Она грешит на бомжей, но чего им выть-то?
– С Пал Палычем? – уточнил Коля. – Или с Викой?
Вика вышла на работу на следующий же день после смерти Германа и никаких истерик не закатывала. Впрочем, сказать, что это была та же Вика, что раньше, было нельзя. Что-то в ней, как и в Коле, сильно поменялось.
– Причем тут они? – удивился Ровнин. – Я говорю про тебя одного. Ты – оперативник, это твоя работа, задание несложное, так что управишься с ним без проблем. Давай, давай. День короток, нам сегодня еще Новый Год встречать. Забирай остаток вещей, собирайся и в путь.
Коля залез в сейф, где его ждала лапша, и рассмеялся – вместо нее там лежала горка сушек и конфета «Озеро Рица».
– Вот же! – Он забрал конфету, развернул ее и сунул в рот, после чего сказал девушке Жене, которая на это смотрела все с тем же недоумением: – Там сушки, ешь их. Где чайник, тебе Титыч покажет. И особо время не теряй, доставай старые дела и начинай их изучать, это очень полезно для понимания работы в нашем отделе. А я пошел, у меня задание.
– И это – правильно. – Ровнин подмигнул молодым людям и неторопливо зашагал к лестнице, ведущей на второй этаж.
