Работа в отделе Нечисть ничуть не лучше, чем в любом другом отделе полиции. Задержание русалок-клофелинщиц, мошенников-домовых или волколаков-отморозков. По сути дела, обычная рутина граничной оперативной службы. Но один из вызовов становится для Артура Черного, опытного оперативника, роковым. Расследование вполне заурядного проникновения нечисти помогает ему раскрыть страшный заговор против нашего мира.
Константин Нормаер
Отдел Нечисть
Роман
Цикл: Расследования Иных
Аннотация: Работа в отделе Нечисть ничуть не лучше, чем в любом другом отделе полиции. Задержание русалок-клофелинщиц, мошенников-домовых или волколаков-отморозков. По сути дела, обычная рутина граничной оперативной службы. Но один из вызовов становится для Артура Черного, опытного оперативника, роковым. Расследование вполне заурядного проникновения нечисти помогает ему раскрыть страшный заговор против нашего мира.
На вызов я прибыл первым. Патрульные машины, как всегда, торчали в пробках, из которых не помогали выбраться ни спецсигналы, ни громкоговоритель. Неудивительно, все-таки День Всех Святых на носу, обращений столько, что не знаешь, за что хвататься – то ли бумагами заниматься, то ли по адресам бегать.
Достав блокнот, авторучку, я приготовился записывать.
Только вот заявитель не торопился давать показания: вытер вспотевший рот, поправил растянутые треники – натянул их выше на заправленную майку – и наконец произнес:
– Сижу я, стало быть, дома, никого не трогаю. Жду сериал про этих, ну как их… про детектива мутанта «Паучьи сети»… А тут как загрохочет, и бабах. Я на кухню, а там чашка, разбитая на полу, валяется. Ну я, значится, убрал её и обратно к телевизору.
– Вас, простите, как величать?
– Сверчковы мы, стало быть.
– А имя, отчество?
– Роман Сергеевич.
– Хорошо, и что же у вас все-таки произошло, Роман Сергеевич? – уточнил я.
– А ничего особенного, только к самому началу я так и не успел.
Я недовольно нахмурился:
– Вы по какому поводу в граничную службу обратились?
– Так, это самое, по нему и обратился, – развел руками жилец. – Короче, досмотрел я серию, стало быть, а телевизор вдруг раз и сам собой переключился. И начал по канал прыгать туда-сюда, сюда-туда. Шестой, пятый, девятый, восьмой. Смекаете, к чему я клоню?
– Смекаю, – соврал я, прекрасно понимая, что вызов, к сожалению, ложный.
От заявителя разило так, что за версту учуешь. После такой дозы спиртного не то что белочка, черт ушастый померещится. Но выслушать все-таки стоило. Формальный рапорт себе дороже. А вдруг проверка или повторный вызов – пограничные приставы за такое быстро зацепятся. И в лучшем случае влепят выговор за халатность, а в худшем… Короче, послушаю, от меня не убудет.
Я вывел на чистом листе цифру один и вежливо поинтересовался:
– Что-то еще странное с вами сегодня происходило?
– Конечно, – шмыгнул носом мужчина. – С этого телевизора-то проклятущего все и началось, будь он неладен. Как только на нужный канал все возвратилось, рябь это проклятая началась. И что интересно, в самый ответственный момент, когда моя любимая реклама идет.
– Вы сказали, рябь? – уточнил я.
– Ну да, серая такая. Волнами побежала: сначала вдоль, а потом уж поперек.
– В телевизоре?
– Да нет же, – фыркнул заявитель и, почесав заросшую щетиной щеку, указал на старый ламповый агрегат марки «Электрон». – Если вы про него, так, значится, он уже лет десять не фурычит. Все выкинуть собираюсь, да жалко, а вдруг само собой починится.
– А как же сериал?
– А что сериал? Я же его, того-самого, просто слушаю. Картинки хоть и нет, а звук отличный имеется.
По роду своей службы мне часто приходится выслушивать неимоверное количество всякого бреда, в основном, конечно, из-за неопытности самих заявителей – нечисть любит рушить привычные каноны. Но тут явно было что-то психическое.
Я с деловитым видом прошелся по комнате и, оказавшись возле телевизора, произвел беглый осмотр помещения: прожжённый в нескольких местах диван, грязные занавески и куча пустых бутылок возле лакированного шкафа. И почему алкоголики так любят выставлять их на показ, словно боевые трофеи? Ну да ладно, сейчас не об этом.
– Так, а где конкретно вы увидели рябь? – уточнил я.
– Прям здесь и увидел, – откликнулся заявитель. И, приблизившись к стене, ткнул пальцем в кусок отклеившихся обоев.
Рисунок был незамысловатый: бледно-зеленые и красные вертикальные полосы, и все это на желтом фоне, а еще какие-то непонятные лучи, будто от солнца. На такое, если долго смотреть, не только рябь померещится, а еще и круги перед глазами поплывут. А там, глядишь, и сам себя загипнотизируешь.
– Понятно, – деловито произнес я. Хотя, на самом деле, ни черта мне было не понятно. Вроде бы ничего тут потустороннего не было и быть не могло, а с другой стороны, именно с такой несуразности и начиналось Проникновение.
Задрав голову, я заметил под потолком странный полупрозрачный провод. Словно ленивый червь, он тянулся вдоль всей комнаты в коридор.
– А это еще что?
– Телефон, – как-то виновато сообщил хозяин квартиры.
– Какой?
– Кнопочный. Да таких уже не выпускают. А я все как-то…
– Забываете выкинуть, – догадался я. Заявитель ничего не ответил, лишь глупо улыбнулся и развел руками.
Мы прошли в коридор, а затем на крохотную шестиметровую кухню, где могли уместиться максимум двое, да и то исключительно стоя.
