Надо же, они ещё и мысли могут читать! Мне это совершенно не нравилось. Оглянувшись, я обнаружила, что за моей спиной с нехорошей улыбочкой стоял тот, кого я определила как клерка. Павел Валерьевич прекрасно понял, что мы не в самом выигрышном положении и можем подвергнуться нападению. Он тут же принял боевую стойку.
- Они читают мысли, - предупредила я. - При атаке это надо иметь в виду.
Мои слова несколько озадачили воров.
- А кто тут кого собирается атаковать? - вопросил крупный дядька.
- А вы нас просто так окружили или собираетесь водить новогодний хоровод? - поинтересовался Максим Сергеевич.
- Мы вас сюда не приглашали, - довольно нагло заявил большегрузный тип. Он наверняка был главарём этой банды.
- Мы вас тоже, - отпарировал Паша.
- Ещё бы вы нас приглашали, - издевательским тоном заметил самый стройный и смахивающий на офисного работника персонаж. - Без году неделю тут квартируете, а сколько гонора!
- А вы тут что, постоянные жители? - поинтересовалась я.
- А как же иначе? – вступил в разговор крупный, в голосе главаря слышалась непоколебимая уверенность. - Это наш дом, а вы здесь пришлые и временные.
- Давайте тогда знакомиться, дорогие хозяева, – с вызовом заявил Павел Валерьевич. И я его прекрасно понимала. Пусть мы и арендаторы, но занимаем здешний первый этаж на вполне законных основаниях. А этих троих мы знать не знаем и в глаза не видывали.
- А стоит ли? – задал риторический вопрос главарь. Он то ли размышлял, то ли просил совета у своих подельников, то ли дразнил нашего шефа.
- Не поймут, – безапелляционно заявил тот, что походил на офисного клерка.
- Поймём, – в том ему отозвался Максим. – Не держите нас за дураков.
- В нашем случае дурак предпочтительнее, – пояснил клерк. – Вы ведь умные, образованные, ничуть не суеверные?
- Допустим, – согласился Павел Валерьевич, не понимая, куда он клонит.
- В нечистую силу не верите? – вкрадчиво поинтересовался его собеседник.
- После того, что вы здесь вытворяете, волей-неволей поверишь, – заметила я.
- Даже в то, что мы представляем собой нематериальные энергетические сущности, выработанные людьми, обитавшими на разных этажах этого здания? – задал вопрос главный.
- Прекрасная формулировка, – несколько подобострастно заметил клерк.
- Которая мало что нам разъяснила, – заметил Егоров.
- Я же говорил, что не поймёте, – развёл руками клерк. – Вы же не верите в бабушкины сказки...
Мне его надменные кривляния порядком надоели, и я не без ехидства произнесла:
- Хотите сказать, что вы местные домовые?
Троица обернулась ко мне, и их предводитель воскликнул:
- Мадам, я понимаю, что вы хотели пошутить, но шутка оказалась правдой!
Видя наше недоверчивое изумление, он продолжил:
- Каждый из нас, как бы это понятнее выразиться, является хранителем своего этажа в данном здании. А современный люд настолько выродился в плане взаимодействия с нематериальным миром, что не выполняет положенные ритуалы, забывая хранителей на старом месте при переезде. В итоге, на новом месте начинают формироваться новые духи места обитания человеческой общины, а прежним, покинутым в пустоте, приходится влачить жалкое существование, по крохам собирая чуждую нам энергию посторонних в ожидании неминуемого и бесславного конца. И если бы не ваша Девочка, придавшая нам некий импульс, – тут уверенный голос главаря заметно смягчился, становясь интимнее и нежнее, – мы бы давно превратились в плесень и пыль.
- Ради неё мы и пошли на риск, – чуть виновато заметил парень в рабочем костюме. – Она сказала, что предпочитает кокос и миндаль.
- А о какой конкретно девочке идёт речь? – спросил Паша. Он тоже любил миндаль, и сам по себе, и в своём любимом Бабаевском шоколаде.
- О Девочке с первого этажа, – пояснил старший. – Вашей Девочке.
Глава 12
12. Гномик, Бабайка и Домовёнок Кузя
- И как же вы выглядите на самом деле? – поинтересовался Павел Валерьевич.
Мы с Максимом горячо поддержали его вопрос, и эти местные лары и пенаты решили откликнуться. Они незамедлительно превратились в бородатого Гномика, чёрную мохнатую Бабайку и мультяшного домовёнка Кузю.
- Я так и знал, - самодовольно заметил Паша. – Всегда предполагал, что в домах водятся бабайки.
- А Максим Сергеевич в детстве, оказывается, смотрел советские мультики, - съехидничала я. Как и многие детки 90-х, Максим Сергеевич вырос в глубоком убеждении, что в СССР не было ничего, кроме исправительно-трудовых лагерей, очередей, карточек, талонов и челноков, торговавших чем попало сугубо в театрах, концертных залах и прочих очагах культуры. - Вы что, не понимаете, что они выдали нам образы домовых, которые имеются у нас в головах?
Макс и Паша внимательно присмотрелись к сказочным персонажам. Кажется, до них начало доходить, что конфетные воры тонко издеваются.
- Мы же вам объяснили, - вкрадчиво произнёс «мой» гномик, - что мы духовные сущности, а не материальные объекты.
- И вся ваша духовность почерпнута из знаний и опыта людей, работавших на выделенном вам этаже, - уточнила я.
