Следующим утром я поспешила поделиться с Пашей и Максом, что нашла одного из родителей наших сущностей, и они мне сразу поверили. Наша троица с особым нетерпением ждала конца этого рабочего дня. Во мне со вчерашнего вечера жила и не угасала уверенность, что столь чудесным образом обнаруженный мною незнакомец с Участка механизации не подведёт и найдёт выход. Была уже половина седьмого вечера, и дежурный охранник наверняка недоумевал, почему часть сотрудников не спешит по домам, а совершает челночные рейсы из дальнего кабинета на крыльцо и обратно. Я уже пятнадцать минут выслушивала упрёки Павла Валерьевича в том, что не догадалась взять у мужчины с остановки номер телефона. Сейчас бы мы не томились в неизвестности, а уточнили бы время его приезда. Максим не докучал мне нытьём, а спокойно ждал в своём кабинете.
Но наше ожидание оказалось ненапрасным. Ближе к семи вечера у ворот затормозила большая серебристая машина, и оттуда вышли три человека. Когда они подошли ближе, мы с Пашей глазам своим не поверили. На крыльцо поднимались наши сущности. Только Бабайка-Босс ещё больше располнел и стал седым, а Кузя-Клерк, хотя и сохранил юношескую стройность, выглядел совсем дедушкой, чему наверняка способствовала отпущенная борода. Что касается Гномика-Механика, то он ничуть не изменился со вчерашнего дня и сразу обратился ко мне:
- Прошу прощения за задержку, но, сами понимаете, пришлось приложить усилия, чтобы разыскать, а потом уговорить вот этих двух господ.
- Бабаев, – представился полный мужчина, пожимая руку Паше.
- Игорь Кузин, – протянул следом руку постаревший двойник Кузи-Клерка.
Мы с Пашей переглянулись. Надо же – даже имена похожи. Нас не оставляло ощущение, что невидимки материализовались и осуществляют невероятный розыгрыш.
- А я Александр, – подал голос третий.
Ну, хоть не сказал, что он Гномиков, и на том спасибо.
Паша тоже представился, а я сбегала за Егоровым, и процедура представления прошла ещё раз. Потом мы прошли в наш кабинет, и, скажу честно, наше помещение оказалось маловато для шестерых, один Бабаев занимал почти треть пространства. В ходе довольно оживлённой беседы мы выяснили, что эти трое ранее работавших на одном предприятии, но в разных подразделениях людей теперь разъехались и продолжают трудиться в разных точках города. И по-хорошему надо, чтобы каждый из них забрал именно своего этажного духа.
- Вы не сомневайтесь, – заверил Егоров. – Эти духи так похожи на вас, что мы абсолютно уверены в том, кто именно является их духовными двойниками. Тут, правда, есть одна сложность. Возможно, там, где вы сейчас работаете, уже сформировались новые духовные сущности. Ужиться старым и новым домовым или этажным, как в нашем случае, наверняка будет сложно.
- Но насколько я понял, – вступил в разговор Кузин, – речь идёт о спасении жизни этих нематериальных созданий. И тут уж все средства хороши, и любой риск оправдан.
- В общем, есть несколько способов забрать домового, – сходу перешёл к самой сути Александр. – И я, на всякий случай, прихватил белый хлеб с солью, полотенца, веник, сапёрную лопатку, мешок, угольки, коробки с ветошью. Остаётся решить, какой способ будет самым актуальным в нашей непростой ситуации.
- Если принять во внимание, что наши этажные духовные сущности сильно изранены и маломобильны, думаю, что лучше остановиться на коробочках, – внесла я своё предложение. – Все остальные способы выглядят более травматичными и небезопасными.
Моё соображение было рассмотрено и признано верным. В итоге мы распределились по двое, а Александр принёс из машины большой рюкзак, вынул из него и раздал каждой группе по картонной коробке из-под обуви, выстланной изнутри мягкой байкой. Не задерживаясь, мы отправились по своим этажам. Игорь Кузин сопровождал Максима Егорова на второй, чтобы забрать Кузю-Клерка. Бабаев с Пашей отправились на третий, а мы с Александром понесли свою коробочку на четвёртый.
- Не знаю, жив ли он ещё, – не смогла скрыть я свои сомнения.
- Будем надеяться на лучшее, – ответил он таким знакомым голосом, что во мне окрепла уверенность в благоприятном исходе, и я без задержки повела его к дверям Участка Механизации.
Александр с интересом осматривал помещения, в которых провёл более молодые годы своей жизни:
- Да, запущено всё до неузнаваемости, – констатировал он. – И от механизации здесь одно название осталось.
Я подвела его к дивану и объяснила, что в последний раз контактировала с Гномиком-Механиком именно здесь. И даже постаралась найти точное место, где ощущала пожатие невидимой руки сильно травмированного и совсем ослабевшего духа.
