Если бы я не пошла за Максимом в то утро, то ничего бы из этого не случилось.
Ничего из того что случилось в это чертово лето.
Никто бы не стрелял в мою маленькую сестренку.
- Она будет в порядке, - до меня донеся голос мэра. - Врачи говорят, что она восстановится за час. Да, Саша. Аня? Не уверен...
Михаил Семенович дотронулся до моего плеча, я подняла на него глаза.
- Хочешь с ним поговорить? - мягко спросил он.
- Нет! - прошипела я, резко вскочив на ноги. - Я буду с сестрой.
- Ты не можешь туда пойти...
- Не говорите, что я чего-то не могу! Никогда.
***
Маша спала, а я сидела в кресле рядом с ней. Час уже прошел, и рана затянулась, но она еще не проснулась.
С тех пор как я в последний раз видела ее в больнице, семь лет назад, она сильно изменилась. Стала взрослее, и самостоятельнее, научилась мне врать и спорить со мной. Но, так или иначе, она все еще была моей младшей сестрой. И я чувствовала себя виноватой, это в меня они должны были стрелять.
Машин телефон зазвонил на тумбочке, и она тут же проснулась. Я бросила взгляд на экран, звонил Стас, и протянула ей прибор, но она покачала головой.
- Не хочу...
Я нахмурилась.
- Почему?
- Я...позже перезвоню... Можешь сказать, что я сплю?
- Ладно, - я вздохнула и приняла вызов. - Стас, это Аня.
- Аня, - выдохнул он, - как Маша?
- Все будет хорошо, но она еще спит. Я скажу, что ты звонил, и она перезвонит как сможет.
- Спасибо, -голос Валета чуть дрожал, и я чувствовала его волнение. В том, что он ее любит, сомнений не было. - А ты как?
- Нормально.
- Злишься на него сильно?
- Это не имеет значения сейчас. Я скажу Маше, что ты звонил.
- Ладно, пока. Я надеюсь, мы скоро увидимся.
- Пока, - я положила телефон обратно на тумбочку. - Так...Что все-таки происходит?
- Ничего, просто не хочу говорить с ним тут, - она села и откинула одеяло. - Поехали домой.
Я поднялась на ноги и вздохнула.
- Пойду найду врача, чтобы оформить выписку...
- Спасибо.
Я вышла из своей комнаты и тут же увидела Машу, выходящую из своей. Мы обе были в платьях и туфлях, не смотря на то, что ужин будет дома. Отец считал, что спускаться в столовую в домашней одежде, это признак дурного тона, носить простые вещи мы могли только находясь в своем крыле.
Маша ухмыльнулась посмотрев на меня.
- Вот и закончилась наша свобода.
- Это ненадолго. Я уже начала подыскивать нам квартиру.
Сестра кивнула, ее глаза снова были красные.
- Стой, - я взяла ее за руку, и она замерла на ступеньках. - Хватит. Я устала. Скажи мне, что происходит. Прошла еще неделя и ты так и не ходила туда. Не говори мне, что это из-за отца, он вернулся только сегодня утром. И не говори мне, что ничего не случилось!
- Ничего не случилось.
- Мария! Не заставляй меня снова взламывать твою переписку.
- Я ее удаляю, - вздохнув сказала Маша.
- Я тебя знаю, если бы ничего не произошло, ты бы все две недели там проторчала безвылазно, и ты бы вынудила меня прийти за тобой!
- Давай поговорим после ужина, я все расскажу, обещаю...
- Хорошо, - сдалась я.
Я покачала головой, и мы продолжили спускаться.
Стол уже был накрыт: еду привезли из ресторана, а с сервировкой легко справились роботы.
Увидев шелковую скатерть кремового цвета, корзину с цветами в центре стола, серебряные приборы, я невольно затосковала по простым ужинам дома у мальчишек. Где еду готовили мы сами, и можно было не одеваться как на праздник.
Маша бросила на меня тоскливый взгляд, очевидно думая о том же.
Это лето нас изменило. Раньше мне не пришло бы в голову, что это неправильно.
- Девочки, не стойте на проходе, - раздался голос папы сзади нас, я заметила, что Маша вздрогнула.
Мы сели на свои места, папа во главе стола, и мы по обе стороны от него.
За лето он почти не изменился, разве что седых волос в висках стало чуть больше.
- Итак, - сделав глоток красного вина сказал отец. - Во-первых, сочувствую вам, знаю с Максимом вы дружили с детства, особенно ты Аня, да?
- Да, - я кивнула. - Спасибо.
- Во-вторых, я запрещаю вам участвовать в проектах мэра. Произошедшее недопустимо.
- Мог бы и позвонить, - фыркнула Маша.
- Мне доложили, что ты в порядке, дорогая.
- И тебе этого достаточно? Доклада? Ох!
Отец вздохнул.
- Не веди себя как капризный ребенок Маша, ты знаешь, я был занят.
Мои брови дернулись вверх, и я чуть было не рассмеялась. В этом весь Виктор Власов - работа важнее, чем семья. Не нашел даже минуты, чтобы позвонить дочери.
За все время, что его не было, я говорила с ним от силы три раза, и то по рабочим вопросам.
Маша покачала головой и опустила глаза на тарелку. Она знала, что продолжать эту тему нет смысла.
- Дальше, - отрезая кусок от стейка продолжил отец. - Мы планируем презентацию в следующую среду, вы должны быть, ничего не планируйте на этот день.
- Что за презентация? - спросила я. Разговоры о работе давались мне легко, и я надеялась сбавить напряжение, повисшее между нами.
- Презентация сыворотки, которую начнут вводить в ближайшее время, она заблокирует возможность естественного зачатия. - Сказал отец будничным тоном, как будто говорил что-то совершенно не значительное.
Я же, однако, поперхнулась вином.
