Сегодня вылет не запланирован. После ужина все направились в клуб. Предстояло посмотреть концерт самодеятельности, а затем состоятся танцы. В клубе - летчики, работники БАО, столовой. Открылась сцена, и начался концерт. Были номера и грустные, навеянные темой войны, и лирические, и смешные. Коля Кутах вместе со стрелком Мишей Яселиным исполнили ритмический танец, русский перепляс, затем украинский гопак. Мастер по приборам В. Д. Семенов, как всегда, успешно выступил с рассказами на охотничьи темы. Под дружный [146] хохот и аплодисменты он уже собирался уходить со сцены, как тут же раздались возгласы:
- Расскажи о Трезоре, просим!
Семенов, видимо, этого только и ждал. Рассказ об охотничьей собаке - его конек. И в какой уже раз с нескрываемым удовольствием он начал свое повествование.
Семенова снова сменил Коля Кутах, вбежавший на сцену с гитарой в руках. Красивый, курчавые волосы. Глаза у Коли всегда становились задумчивыми, когда он играл на гитаре. Николай исполнил «Раскинулось море», затем пел о широкой степи, о Днепре могучем. Затаив дыхание, слушали мы радиста, и наши мысли быстрее песни переносились в родные края, где проходила юность и где теперь враг, коварный и жестокий…
Николай Кутах вдруг встряхнул головой и заиграл веселую шуточную песню «Казав мет батько, щоб я оженився…», Появился Миша Яселин, пожалуй, самый жизнерадостный парень во всем полку. Вместе со своим боевым другом они продолжали петь, вызвав веселое оживление и бурные аплодисменты…
Концерт закончился. Но никто не расходился. Оркестр заиграл танго. И закружили в парах летчики с девушками-радистками, официантками, машинистками. Танцевали все: и те, кто, может быть, на днях погибнет, и те, кто останется жить, а потом будет вспоминать об этих радостных минутах трудной и долгой войны…
И в дни сражений и тяжелых испытаний человек оставался самим собою. Он не черствел душой. Все человеческое не было чуждо нам. Как и раньше, в дни мира, мы с увлечением смотрели фильмы, ценили музыку, песни, танцы, читали и перечитывали книги (их всегда не хватало в полковых библиотеках), [147] занимались спортом, смеялись, веселились, любили. С нетерпением ожидали приезда артистов, сами организовывали концерты самодеятельности. В короткие минуты отдыха мы восстанавливали силы для предстоящих полетов, готовились к ним.
В начале мая полк нанес массированный удар по вражескому аэродрому в Полтаве. Это был настоящий гвардейский удар. Немцы недосчитались многих своих самолетов. 15 из них было уничтожено и несколько десятков повреждено. Значительная часть летного поля изрыта бомбами.
Вскоре после этого удачного налета к нам прилетел командующий авиацией дальнего действия генерал А. Е. Голованов. Его посещения всегда были радостными и приятными для нас. И на этот раз состоялась задушевная, непринужденная беседа командующего со всем летным составом. Как всегда, он интересовался условиями жизни авиаторов, внимательно выслушивал наши предложения, направленные на лучшую организацию налетов, давал полезные советы.
- Результатами вашего налета на вражеский аэродром в районе Полтавы я доволен. Молодцы, [148] - говорил он, - но вам предстоит выполнить новое задание. Разведка обнаружила южнее Полтавы большое бензохранилище оккупантов. Обычный массированный налет может оказаться малоэффективным. Склад замаскирован, его трудно обнаружить с большой и даже средней высоты. Что если это задание поручим одному или двум экипажам? Как вы думаете?
После всестороннего обсуждения этого предложения генерал Голованов, согласившись с мнением командира полка, поручил выполнить сложное и ответственное задание экипажу командира нашей 2-й эскадрильи. Герой Советского Союза капитан Петелин, штурман эскадрильи старший лейтенант Минченко хорошо знали район Полтавы по прежним налетам. Для стрелка-радиста экипажа, начальника связи эскадрильи младшего лейтенанта Гречки Полтава - родной город. Там он родился, рос и учился. Ловил рыбу в красавице Ворскле, собирал грибы в ближних лесах, знал каждый овраг, каждую лужайку.
- Как думаешь, Васек, где гитлеровцы упрятали склад горючего? - спросил Минченко.
- По данным разведки - недалеко от Южного вокзала. Думаю, для этого они использовали высокий правый берег Ворсклы. Там много оврагов…
- Что ж, будем искать склад там. Плохо, конечно, что он недалеко от средств ПВО города. Дадут нам немцы «прикурить». Ведь там нам доведется летать и бомбить с малой высоты.
- Постараемся эти «средства» обмануть, - сказал Петелин, - построим соответственно маневр выхода на цель.
Тщательно подготовившись к полету, продумав все его этапы, экипаж с наступлением сумерек взлетел [149] и взял курс на юго-запад. Долго летели на высоте 5000 метров. Стояла безоблачная погода. Полная луна освещала небо и землю, помогала ориентироваться.
За 50- 60 километров от Полтавы Юрий Петелин уменьшил обороты, приглушил моторы и начал снижаться. Вскоре штурман увидел глубокий овраг, о котором так подробно рассказал на земле Василий Гречка. К оврагу тянулась железнодорожная ветка.
