Авва Христофор поведал: "После отречения от мира, чадо мое, я имел горячую иноческую ревность; днем я пел каноны, по ночам уходил в пещеру, туда, где покоятся святой Феодосии и прочие святые отцы, и там молился. Входя в пещеру, на каждой ступени я полагал по сто земных поклонов, а всех ступеней восемнадцать. Пройдя все ступени, я оставался там до тех пор, пока не ударяли в било. Тогда я возвращался к службе. Таким образом я провел десять лет в посте, великом воздержании и подвиге. Однажды по обычаю прихожу в пещеру. Исполнив все поклоны по ступеням, я хотел было сойти на пол пещеры, как вдруг пришел в восторженное состояние. Я увидел, что весь пол пещеры наполнен свечами. Одни горели, а другие — нет. Два мужа в мантиях — все в белом — приготовляли эти свечи. "Зачем вы наставили столько свечей, — спросил я, — так что и войти нельзя помолиться?" — "То свечи отцов!" — отвечали мне. "Почему же одни горят, а другие нет?" — "На то их воля: желающие зажгли свои." — "Сделайте милость, — горит ли моя свеча?" — "Молись, и мы зажжем," — было мне ответом. "Молись! — подхватил я. — Да что же я делал, даже до последнего часа?!" Но тут я пришел в себя и огляделся, но никого больше не увидел. Тогда сказал сам себе: "Христофор, если желаешь спастись, должен усилить свой подвиг." И утром я удалился из монастыря и ушел на гору Синай, не взяв ничего, кроме одежды, которую носил. Там я подвизался пятьдесят лет… Наконец, слышу голос: "Христофор, Христофор, возвратись в обитель, где ты подвизался добрым подвигом, чтобы окончить жизнь вместе с отцами твоими." И спустя немного времени после этой беседы, святая душа его с радостью почила о Господе. (Луг духовный. С. 126).
730. Авва Арсений Великий объяснил охотнику (на примере натянутого лука) необходимость по временам послабления в подвиге
См. также: Рассудительность
Ловец пришел для ловли диких зверей на гору аввы Антония. Увидев, что авва утешает братию, он соблазнился этим. Старец, желая успокоить его и показать, что нужно иногда предоставлять братии некоторое послабление, сказал ему: "Вложи стрелу в лук и натяни его." Охотник сделал это. Старец сказал: "Еще натяни." Охотник натянул лук туже. Старец опять говорит ему: "Натяни еще более." Охотник отвечал: "Если сверх меры натянуть лук, то он переломится." На это авва Антоний сказал: "Так бывает и в деле Божием. Если будешь сверх меры напрягать силы братии, то они скоро отпадут от дела Божия; необходимо по временам давать им послабление." Ловец, услышав это, выразил свое согласие и пошел от старца с большой пользой, а братия, утвердившись в правильности воззрения на свой подвиг, разошлись по келиям. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 38. № 196).
731. Некий монах, прежде бывший пастухом, увидел, что болящий авва Арсений лежит на подушке, и соблазнился; но когда узнал, какую великую роскошь оставил авва в миру, и сравнил со своей прежней и настоящей жизнью, то понял превосходство Арсения
См. также: Рассудительность; Соблазн
Рассказывали об авве Арсении. Однажды, когда он сделался болен в скиту, пресвитер перенес его в церковную больницу, положил на постель, небольшая подушка была у него под головой. Один старец пришел посетить авву Арсения. Увидев его на постели и под головой у него — подушку, соблазнился и сказал: "Таков-то авва Арсений! Вот на чем он почивает!" Пресвитер отвел его в сторону и спросил: "Какая у тебя была работа в деревне?" Он сказал: "Я был пастухом." — "Как ты жил?" — спросил далее пресвитер. Он отвечал: "В больших трудах я жил." Пресвитер спросил его: "А ныне как живешь ты в келии?" Старец отвечал: "Ныне живу я гораздо спокойнее." Тогда пресвитер говорит: "Видишь ли ты этого авву Арсения? В миру он был отцом царей; тысячи слуг, опоясанных золотом, в ожерельях и шелках, предстояли ему, и драгоценные ковры были под его ногами! Ты, будучи пастухом, не имел в миру такого успокоения, которое теперь имеешь, а он имел в миру все удовольствия, теперь же не имеет их. И как ты теперь покоишься, так он терпит нужду." Услышав это, старец пришел в сокрушение, поклонился и сказал: "Прости меня, авва, я согрешил. Совершенная правда, что авва Арсений смиряется, а я покоюсь." И, получив пользу, старец удалился. (Достопамятные сказания. С. 23. № 36).
732. Кто не подвизается, тот не получает от Бога награды
См. также: Награда
