– Но не могли же вы все предусмотреть.
Дойдя до конца ярко освещенного участка Канал-стрит, они повернули назад и направились к центру города.
– Дьявольски умно придумано! – воскликнул герцог Кройдонский. Он ничего не пил после полудня, поэтому сейчас голос у него был не такой хриплый, как в последние дни. – Дьявольски умно, гениально. Но кто знает, может, все и сойдет.
– Эта женщина лжет, – сказал капитан Йоллес. – Но уличить ее будет крайне трудно, а может, нам и вообще это не удастся. – Он, не переставая, медленно расхаживал по кабинету Питера Макдермотта из угла в угол. Питер и оба полицейских пришли сюда после позорного отступления из президентских апартаментов. Йоллес все расхаживал и рассуждал вслух – двое других молчали.
– Муж может расколоться, – сказал второй детектив. – Если бы нам удалось потолковать с ним наедине.
– На это нет никакой надежды, – покачав головой, заметил Йоллес. – Во-первых, она слишком умна, чтобы дать нам такую возможность. А во-вторых, учитывая, что это за персоны, действовать с ними надо очень осторожно – все равно как шагать по яичной скорлупе. – Он посмотрел на Питера. – Да-да, не удивляйтесь, одно дело полиции вести расследование по поводу бедняка и совсем другое – по поводу человека богатого и влиятельного.
Питер кивнул, хотя и весьма равнодушно. Он уже выполнил то, что требовали долг и совесть, а остальное – дело полиции. Однако любопытство побудило его все же спросить:
– А эта записка, которую герцогиня написала в гараж?..
– Будь она в наших руках, – сказал второй полицейский, – было бы за что зацепиться.
– Но разве недостаточно показаний ночного дежурного и Огилви, что такая записка существовала?
– Герцогиня стала бы утверждать, что это подделка, которую состряпал сам Огилви, – ответил Йоллес. И, секунду помедлив, добавил: – Говорите, записка была написана на гербовой бумаге? Можно взглянуть, на какой?
Питер вышел из кабинета и, открыв ящик с канцелярскими принадлежностями, взял несколько нужных листков. Это была добротная бумага, бледно-голубая, с водяными знаками и выдавленным на ней названием отеля. Под ним были рельефно оттиснуты слова: «Президентские апартаменты».
– Ишь какая нарядная, – заметил второй детектив.
– Сколько человек имеет к этому доступ? – спросил Йоллес.
– В общем-то несколько человек, – ответил Питер. – Но думаю, что если кому-нибудь постороннему захотелось бы взять такую бумагу, он без труда мог бы ее получить.
– Значит, моя версия отпадает, – буркнул Йоллес.
– Есть, правда, одна возможность найти записку, – сказал вдруг Питер. И сразу оживился при мысли об этом.
– Какая же?
– Я помню, вы задали мне вопрос о том, что делают с мусором, когда его увозят – ну, например, из гаража, и я еще сказал, что тогда уже нет никакой возможности что-либо найти. И я действительно так считал… Мне казалось просто невозможным отыскать какой-то клочок бумаги. Да к тому же и сама по себе записка не представлялась мне такой уж важной.
Питер почувствовал, с каким напряженным вниманием смотрят на него оба полицейских.
– В отеле есть один человек, – продолжал Питер. – Он обслуживает печь, где сжигают мусор. И большую часть мусора перебирает вручную. Не думаю, чтобы нам повезло, да к тому же, наверно, уж слишком поздно…
– Ради всех святых! – воскликнул Йоллес. – Идемте к нему.
Они быстро спустились на первый этаж и по служебному переходу дошли до грузового лифта. Кабина находилась в это время где-то в подвале. Питер слышал, как там что-то выгружают. Он крикнул рабочим, чтобы они поторапливались.
Пока они ждали лифта, полицейский по имени Беннетт сказал:
– Я слышал, на этой неделе у вас были еще какие-то неприятности.
– Да, вчера утром произошло ограбление. Но из-за этой истории с Крондонами я о нем даже позабыл.
– Я разговаривал с одним из наших людей. Он помогал вашему старшему… как его зовут?
– Финеган. Он сейчас вместо начальника охраны. – Хоть они и говорили о серьезных вещах, тут Питер не выдержал и улыбнулся. – Он ведь занят сейчас другими делами.
– Так вот, возвращаясь к ограблению: не на чем строить гипотезы. Наши люди проверили список постояльцев, но это ничего не дало. Сегодня, правда, произошло нечто весьма любопытное. Я имею в виду ограбление особняка в Лейквью. Двери были открыты ключом. Хозяйка дома потеряла утром ключи в городе, и, должно быть, тот, кто их нашел, сразу же отправился к ней на квартиру. Это ограбление очень смахивает на то, что случилось у вас: похищено примерно то же и, как у вас, вор не оставил отпечатков.
– Грабитель арестован?
Полицейский отрицательно покачал головой:
– О краже узнали лишь через несколько часов. Впрочем, одна ниточка у нас в руках есть. Сосед видел машину, на которой тот приехал. Деталей не помнит, кроме номера, а номер был зеленый с белым. Номера таких цветов приняты в пяти штатах: в Мичигане, Айдахо, Небраске, Вермонте, Вашингтоне и еще в провинции Саскачеван в Канаде.
– Чем же это может вам помочь?
