– Мне кажется… Впрочем, если вы считаете, что это необходимо…
– Благодарю вас.
– Еще одно, мистер Макдермотт, – сказал второй полицейский. – Насколько нам известно, герцогиня Кройдонская дала Огилви что-то вроде письменного разрешения вывести машину из гаража отеля.
– Да, мне так говорили.
– Нам важно иметь его, сэр. Как вы считаете, могло оно у кого-нибудь сохраниться?
– Не исключено, – подумав, ответил Питер. – Если хотите, я могу позвонить в гараж.
– Пойдемте туда, – сказал капитан Йоллес.
Калгмер, ночной дежурный по гаражу, рассыпался в извинениях:
– Понимаете, сэр, я говорил себе, вдруг мне понадобится этот листок, на случай, если кто спросит. Поверите ли, сэр, я его сегодня весь вечер искал, а потом вспомнил, что, наверное, выкинул вчера вместе с оберткой из-под сандвичей. Но в общем-то не так уж я и виноват, если говорить по справедливости. – И он махнул рукой в сторону стеклянной будки, из которой только что вышел. – Там ведь не повернешься. Неудивительно, что все теряется. Я говорил как раз на прошлой неделе: если бы здесь было чуточку посвободнее. Вы только представьте себе, в каких условиях мне приходится составлять отчет за ночь…
– Что было сказано в записке герцогини? – перебил его Питер.
– Только то, что мистеру О. разрешается взять их машину. Я тогда еще удивился…
– Записка была написана на гербовой бумаге отеля?
– Да, сэр.
– А вы не помните, бумага была тисненая и с гербом президентских апартаментов или нет?
– Точно так, мистер Макдермотт, уж это я запомнил наверняка. Именно такая была бумага, и листочек совсем маленький.
– Мы держим специальную гербовую бумагу для этого номера, – пояснил Питер детективам.
– Вы говорите, что выбросили записку вместе с оберткой от сандвичей? – спросил Калгмера сержант Беннетт.
– Не могу представить себе, куда еще она могла подеваться. Понимаете, я всегда очень аккуратен. Взять хотя бы тот случай, в прошлом году…
– Когда, в котором часу это произошло?
– В прошлом году?
– Да нет же, прошлой ночью, – терпеливо сказал полицейский. – Когда вы выбросили обертку от сандвичей? В котором часу это было?
– По-моему, около двух часов ночи. Обычно я начинаю закусывать около часа. К этому времени все затихает и…
– Куда вы ее выбросили?
– Туда же, куда всегда. Вон туда. – Калгмер подвел их к шкафчику, где держали свои принадлежности уборщики гаража. Там же стоял и бак для мусора. Калгмер поднял крышку.
– Вы уверены, что вчерашнего мусора там уже нет?
– Конечно, сэр. Видите ли, бак очищают каждый день. У нас в отеле с этим очень строго. Верно я говорю, мистер Макдермотт?
Питер утвердительно кивнул.
– Кроме того, – добавил Калгмер, – я помню, вчера ночью мусора там было полным-полно. А сейчас в баке, как видите, почти пусто.
– Давайте проверим на всякий случай. – Капитан Йоллес взглянул на Питера, как бы прося разрешения, затем перевернул бак и вывалил содержимое на пол. Они тщательно осмотрели каждый клочок бумаги, но так и не нашли ни записки герцогини, ни обертки от сандвичей.
Калгмер в это время отошел от них, чтобы впустить и выпустить из гаража несколько машин.
Йоллес вытер руки бумажной салфеткой.
– Куда девают мусор, когда выносят его отсюда?
– Его отправляют в наш центральный мусоросжигатель, – сказал Питер. – Он поступает туда в больших контейнерах со всего отеля – естественно, он весь там перемешан. И узнать, что и откуда привезли, просто невозможно. К тому же мусор, привезенный из гаража, наверняка уже сожжен.
– Возможно, эта записка и не нужна, – сказал Йоллес. – И все же мне хотелось бы ее иметь.
Лифт остановился на девятом этаже. Обернувшись к полицейским, Питер заметил:
– Ужас до чего неохота мне туда идти.
– Мы зададим лишь несколько вопросов – и все, – успокоил его Йоллес. – Вас же я попрошу внимательно слушать. Особенно ответы. Вы нам можете понадобиться как свидетель.
К удивлению Питера, двери президентских апартаментов были открыты. А теперь они услышали и долетавший изнутри гул голосов.
– Похоже, что у Кройдонов гости, – проговорил второй полицейский.
Они остановились у входа, и Питер нажал кнопку звонка. Сквозь приоткрытую половинку двери видна была просторная гостиная. Там стояли несколько мужчин и женщин, а также герцог с герцогиней. Большинство держали блокноты или бумагу для записей, а в свободной руке – стаканы с коктейлями.
В прихожей появился секретарь Кройдонов.
– Добрый вечер, – сказал Питер. – Эти два джентльмена хотели бы видеть герцога и герцогиню.
– Представители прессы?
Капитан Йоллес отрицательно покачал головой.
– В таком случае, к сожалению, это невозможно. У герцога пресс-конференция. Сегодня вечером получено подтверждение – он назначен британским послом в Вашингтоне.
– Это мне известно, – сказал Йоллес. – И однако же, у нас к нему важное дело.
Разговаривая с секретарем, полицейские и Питер вошли в прихожую. Пока они там стояли, герцогиня Кройдонская, заметив их, отделилась от группы гостей и направилась к ним. Она приветливо улыбалась.
– Заходите, пожалуйста.
– Эти джентльмены не журналисты, – поспешил сообщить секретарь.
