– Ну да. В Шампилье выдался знойный денек. Мы с Аластером шли домой, он изнемогал от жажды. Я заметила какой-то отель и решила в него зайти в надежде, что там найдется вода. Так мы оказались в небольшом пустом фойе. На стойке посреди фойе стояла табличка – «свободных номеров нет», – но меня это не смутило. Я осталась у стойки, барабаня по ней пальцами и дожидаясь кого-нибудь, но тщетно. Тогда я решила нажать на кнопку звонка, и она сама подлетела к моему пальцу. И это была только первая встреча с магией. В тот день – и дальше – их было еще немало.
– Охотно верю, – проговорила я, вспоминая, как мы с Зосей впервые попали в отель. Тогда пьянящая волшебная атмосфера растеклась по моим жилам. – Но ведь туда, понятное дело, и патроны захаживали. Что, если бы они прознали, что тут собираются сюминары?
– Не прознали. Отель служил отличным прикрытием. Посетителей было нетрудно отвадить. Видите ли, комнат в отеле недостает.
– Они всем говорили, что номера забиты.
– Да. Но не нам. Когда мы переступили порог отеля, я была еще совсем юной. И не знала, что я сюминар. Если бы я родилась в семье с долгой сюминарской историей, возможно, мне бы давно вручили артефакт или научили бы пользоваться магией так, чтобы не причинить никому вреда.
– Вы про первую магию?
Селеста кивнула.
– Но я не знала, как пользоваться магией. Тайное общество спасло мне – и многим другим детям – жизнь. О нем знали семьи наследственных сюминаров. Родители быстро понимали, что их отпрыски унаследовали магические умения, и порой отправляли их в отель, чтобы те жили себе спокойно и долго, не боясь, что их разоблачат. Мне очень повезло, что я сама отыскала это место.
– И вы просто взяли и поселились там?
– Разумеется. Иначе пришлось бы податься в бега, прятаться и учиться сдерживать магию, а я точно не была к этому готова. В то время примкнуть к обществу было единственным выходом. В отеле мне выдали артефакт и поручили работу. Я рисовала карты. – Селеста задержала взгляд на моей космолябии.
Я инстинктивно спрятала металлический кругляшок в карман.
– Значит, вы создавали карты. А брат ваш чем занимался? – спросила я, мысленно добавив: «
– Чем он только не занимался. Он ведь истинный гений. Глава общества проникся к нему симпатией. Он доверил Аластеру каталог артефактов. Но лишь спустя время. – Селеста сдвинула брови. – Это я виновата в том, что он попал в отель. Я уговорила его остаться со мной, потому что не выносила и мысли о разлуке.
– Наверняка члены общества рано или поздно разглядели бы в нем потенциал и позвали его в отель.
– Ни за что, мало того, сперва они яро от него отказывались. – Она подалась вперед, поддавшись внезапному страху: точно сам Аластер ловил теперь каждое ее слово. – Понимаешь ли, лишь сюминарам дозволялось пересекать то небольшое фойе, и пускай мой брат блистательно убеждает весь мир в обратном, в его жилах не течет и капельки магической крови.
Деревянное кольцо выпало из моих пальцев на мраморный пол. Выходит, Аластер вовсе не маг!
– Но он ведь величайший сюминар в мире!
– Скорее, величайший лжец. Знаю, в это сложно поверить.
Но я же видела, как он сдвигает стены! Как создает цветы из воздуха! Как стирает память – легко, точно спелые персики рвет.
– Нет же, ваш брат точно маг! – А как иначе?!
– Уверяю, это не так, – невесело возразила Селеста. – Наши родители умерли. Я никак не могла оставить его в Шампилье совсем одного, поэтому упросила верхушку общества пустить в отель и его. – Она взяла чашку с чаем и уставилась в него, точно в горячей воде можно было прочесть будущее. – Внутри Аластер впервые увидел сюминаров, которые по возрасту годились ему в дедушки, но выглядели не старше меня. Там магия была повсюду. Даже апельсины там росли волшебные.
Чудесные апельсиновые деревья!
– Ваш брат говорил, что как-то пытался их срубить.
– Он терпеть их не мог, – подтвердила Селеста. – Эти фрукты не так уж просты. Ты знаешь, что их сок на вкус точь-в-точь как еда, особенно памятная твоему сердцу? В моем случае это был вкус клубничного торта с моего десятилетия. Стоило сделать хотя бы глоточек, и внутри меня оживало все, что я чувствовала на том празднике. Даже запах дыма от только что задутых свечек – и тот вспоминался.
Должно быть, этот самый чудесный апельсиновый сок стал главным ингредиентом напитка, который дала мне Ирса в мой первый день в отеле – добавив в него капельку Правды.
– Срывать эти апельсины могут только сюминары. Вскоре, после того как мы поселились в отеле, Аластер прямо-таки возненавидел эти деревья – они напоминали ему о тех, кем он не мог стать. Вообще говоря, стоило только упомянуть хоть о чем-то магическом, он сразу замыкался в себе. Для меня это было невыносимо, вот я и начала утаивать от него то одно, то другое.
Я прекрасно понимала чувства Селесты. Мне нередко доводилось сожалеть о том, что я так редко просила у Зоси прощения за то, что привезла ее в Дюрк. А теперь мне столько всего хотелось ей сказать, но это было невозможно.
