Костюмчик и правда Елене шел, как счастливое выражение лица, которое мы ни разу до того не видели. Что до мужа — мужчина как мужчина. Средних лет, чуть выше нашей гостьи, с бородой и привычной улыбкой. У нас всех есть отработанная улыбка для фото, она стала частью нашей сути, почти рефлексом.
— Та-а-а-а-ак, та-а-а-ак. — Лента, забитая перепостами, фотографиями, рецептами и еще невесть чем двигалась с невероятной быстротой. — День рождения Ларисы. Мы с любимым в кино. Нечасто мужа любимым называют, видать, и правда он для нее важен. Тут она с Ларисой на лошадках катается, а после их морковкой кормит. Ого, она приюту для собак помогала. Ладно, картина ясна. Теперь пойдем и глянем, что там у мужа.
— Если он вообще соцсети ведет, — хмуро буркнул я. — Не все мужики любители таких дел.
И я угадал. Инна перебрала три разных страницы Антона (так звали супруга нашей подопечной), и только на одной мы обнаружили хоть какую-то активность. Впрочем, жаловаться грех, поскольку именно там отыскался пост, связанный со смертью Елены. Антон написал некое подобие некролога, причем весьма неумелого, составленного из типовых фраз, а потому малоинформативного, зато под ним мы обнаружили очень любопытную переписку. Какой-то его приятель Серега поинтересовался причиной смерти и получил ответ, что таковой является некий SADS. Мы, разумеется, сразу глянули, что это за зверь такой и выяснили, что под короткой аббревиатурой скрывается длинное название «синдром внезапной аритмической смерти». Я вот даже и не знал, что любой из нас, оказывается, может запросто сыграть в ящик от этой штуки точно так же, как, например, от оторвавшегося тромба. Просто бздынь — и встало сердце. Внезапно. Вдруг. Отдельно стоит заметить, что причин, которые могли вызвать подобное событие, море, и не всегда получается выяснить единственно верную. Вернее — далеко не всегда. Тут тебе и порок сердца, и нарушение проводимости, и даже гипогликемия.
— О, Антон пишет, что у нашей грустинки оказывается какая-то… — Инна чуть подалась к экрану. — Хроническая артериальная гипотензия была. А дальше они вместе с Серегой приходят к выводу, что она и стала причиной безвременной кончины. Кстати, называют друг друга «коллегами», так что муженек ее, похоже, врач. А нет, не похоже, а точно. Вот он за пару месяцев до того с дипломом. Что тут? «Повысил квалификацию. 144 часа — и не зря!»
Фото прикладывалось. Довольный бородач держал в руках красивый сертификат в рамочке и с красными в золоте вензелями. Ну а слова Инны подтверждала вывеска за его спиной, из которой сразу становилось ясно, что сюда, кроме врачей, никто не пожалует. Ну не слесарей же подтягивают по знаниям в организации «Профессиональный центр обучения медицинских работников»?
— Это любопытно, но рой дальше, — поторопил я девушку. — Глянь-ка, что там у Ларисы. Я так понял, она у нее чуть ли не единственная подруга была.
— Читаешь мысли, — пробормотала Инна. — Ну-ка, ну-ка… Ага, Лариса стала мамой. «Вот как мы сладко спим», «моя принцесса», «сладкое чудо». Ну че, поздравляшки! Тем более что она хорошо так за тридцатник перевалила. О как! Тём, и как тебе такой поворот?
Ну да, тут было на что посмотреть. Все тот же Антон стоял на ступенях клиники, причем, похоже, не самой дешевой, с розовым конвертом на руках. А в оном, несомненно, сопела та самая принцесса и сладкое чудо, что становилось ясно при взгляде на Ларису, которая с неприлично счастливым видом цеплялась за локоть мужа Елены. Для них, конечно, уже бывшего, но конкретно для нас это являлось условностью.
— Так-то ничего нового, — глянула на меня напарница. — Он в печали, она в печали, встретились, сначала попили кофе, потом винца, а после утешили друг друга как могли. Я сама как-то раз в такой ситуации оказалась. И тоже чуть не залетела.
— Согласен, жизнь, все бывает, — кивнул я и бросил взгляд на таймер, сообщивший мне о том, что у нас есть еще восемь минут. — Мотай ленту назад, до той поры, когда Лена жива еще была.
Фотки, фотки, фотки. Похоже, Лариса жила в этой социальной сети, выкладывая в нее каждый свой шаг. Еда, улицы, клумбы с цветами и цветы без клумб, ноготки с красным лаком и с точками, отчего они стали похожими на божьих коровок, фитнесс — зал, торговый центр…
— Стоп! — скомандовал я в какой-то момент, тогда, когда дело дошло до отдыха на море, запечатленном, наверное, в сотне снимков. — Видишь?
Этот кадр принципиально от других не отличался. Лежак, тент, защищающий от солнца, Лариса, глядящая в кадр и придерживающая шляпу, столик с коктейлями за ее спиной и море на дальнем плане.
И еще одна любопытная деталь, за которую у меня и зацепился взгляд.
— Купальник у нее стремный, — ответила Инна, — и шляпа тоже. Бабушкина какая-то. Что еще? Килограмм пять точно она нажрала. Но это нормально, Турция же.
— Не о том. — Я ткнул пальцем в монитор: — Гляди. Рука!
— Рука, — согласилась напарница, — причем мужика. Так и ясно же, что она не одна туда поехала. Вон текст поста: «Море, солнце, коктейль, мы рядом. Что еще надо для счастья?»
