Добавляла уголька в огонь и Инна, которая в голос комментировала происходящее, а также время от времени пыталась оседлать пылесос, причем как раз в те моменты, когда того охватывала пляска святого Витта. Видимо, происходящее казалось ей забавным, но лично я эту ее точку зрения никак не разделял.
Потому мы чуть и не прозевали тот момент, когда Елена вернулась с завтрака. Хорошо еще она хоть сама нас окликнула.
— Покушали? — поинтересовалась у нее Инна, сидящая верхом на пылесосе. — Ну и славно! А то мы уж за вас волноваться начали. На ужин не спускались, из номера не выходите. Мало ли что?
— Спасибо. — Мне показалось, что гостью немного обескуражила такая забота. — Просто уснула вчера. Да и есть не хотелось.
— Есть надо, — деловито заявила моя напарница. — Тем более что нам теперь можно в себя трескать что угодно — и мучное, и жирное, и кислое, и соленое. Все равно ничего не изменится, фигура какая есть, такая и останется.
— Уверена? — осматривая щетку, в которой, как оказалось, на валики намоталось немало волос, усомнился я. — А если нет?
— Все равно я тебе свою порцию компота отдавать не стану. Вчера был первый и последний раз. Сама его пить буду!
Елена дослушала наш диалог, рассмеялась и сообщила:
— А вы совсем не похожи на тех ребят, с которыми я общалась в другой гостинице. Те постоянно куда-то спешили, совсем у них времени не было.
— Все зависит от руководства, — предположил я. — Наш управляющий сразу так и сказал — гости должны ощущать наше внимание во всем, в каждой мелочи. Он дядька суровый, но опытный, знает, что и как. Вот, стараемся соответствовать. Хотя и удивительно, что в том месте, где вы побывали до того, дело настолько халатно поставлено. Сеть отелей «Перекресток» строится по единым принципам.
— Ну, вот так вот, выходит, получилось — сеть одна, персонал разный, — открывая дверь номера, произнесла Елена. — Будем считать, что в этот раз мне повезло.
— Если вы не против, то мы к вам чуть позже еще заглянем, — уведомил ее я. — Может, какие пожелания появятся или вопросы.
— Вы не стесняйтесь, — добавила Инна, — что сможем — то сделаем!
— Хорошо, — кивнула женщина, было прикрыла дверь, но после снова ее распахнула. — Да, я ведь последовала вашему совету и угостила Гедрика орешком.
— Согласитесь, прелесть, а не птичка? — улыбнулся я.
— Так и есть. Причем очень вежливая, он сказал мне: «Гр-р-рациа!»
— Он у нас вежливый, — с такой гордостью за попугая, будто тот являлся ее собственностью, заявила Инна. — И языков знает много, потому что живет давно.
— А потом еще добавил: «Скор-р-р-рбь пр-р-рах», — добавила Елена. — К чему — непонятно. Спросила у него — он не ответил, только клювом щелкал.
— Это он к тому, что, мол, не грустите и не печальтесь, все образуется, — наконец слезла с пылесоса моя напарница. — Добрый совет!
Бессвязица это или нет — не знаю, но я все же записал слова Гедрика в блокнот. Чем дальше, тем сильнее я убеждался в том, что птички эти тут обитают неспроста. Не факт, что каждое их слово совет или пророчество, но игнорировать данные изречения точно не стоит. К тому же может выйти так, что адресовано это послание вовсе не Елене, а непосредственно нам, причем с подковыркой. Будете общаться с постоялицей — узнаете его, нет — подсказка мимо пройдет.
Нет, конечно, может, я зря все вот так всерьез воспринимаю и строю некую теорию заговора, может, все куда проще и незатейливее, просто попугаи, как повелось с древних времен, несут всякий ранее услышанный где-то вздор, но лучше напридумывать невесть чего, чем после волосы на голове рвать, когда отправишься чемоданы таскать или белье в машинки загружать где-то в хозблоке. Речь, разумеется, не о том, что корона с головы упадет, а об утраченных возможностях.
В холл мы спустились не к одиннадцати часам, а чуть ранее. Причем это изначально была инициатива Инны, чем она в очередной раз мне доказала, что она, в отличие от многих других представительниц прекрасного пола, не склонна куда-то опаздывать. Редкое, признаю, качество, не часто встречающееся.
Моя напарница отправилась в сторону закутка с компьютером, я же потопал на ресепшен, дабы сдать ключ и, если повезет, заработать дополнительный плюсик в глазах управляющего. Кому-то подобное может показаться мелочностью или даже в чем-то подхалимством, но я твердо уверен: репутация строится из капец каких маленьких камушков, коим счета нет, а не из больших булыжников с надписью «отличный результат». Два-три таких булыжника все равно останутся лишь беспорядочной грудой камней, а из горы маленьких камушков при желании и наличии скрепляющего материала можно создать здание.
— Благодарю. — Я протянул ключ Дарье. — Не подскажешь, где Аристарх Лаврентьевич?
— Цербер? — лукаво прищурив круглый зеленый глаз, уточнила девушка. — Ты же про него?
— Нет, про управляющего, — еле удержавшись от того, чтобы инстинктивно не поморщиться, пояснил я. — Или у нас тут еще и хтонические исчадия завелись? В пару к Гедрику и Фифочке?
— Кр-р-рамола! — подала голос последняя.
— Тр-р-репло! — поддержал ее сосед по клетке.
