Проблема заключалась в том, что Эрика знала больше, чем могла рассказать мужу. Например, о незнакомке в белом платье. Или о поведении рабочих. А без этих сведений рассказ старой гречанки выглядел не таким правдоподобным. Роберт, с его рациональным мышлением, не верил в сам факт отравления воды – но не потому, что это невозможно было осуществить технически (такая возможность наверняка существовала), а потому, что для столь чудовищного поступка требовалась веская
На площади становилось всё оживленнее. Владельцы кофеен открывали ставни и расставляли на тротуарах столы и стулья, дети спешили в школу, проезжали экскурсионные автобусы, из окон которых выглядывали любопытные туристы.
В какой-то мере Эрика тоже ощущала себя туристкой. Несмотря на то, что она знала греческий, на Косе всё было чужим, принадлежало к иной культуре. Ей и раньше мало верилось, что Греция – это
Мимо, цокая каблучками по брусчатке, прошла темноволосая стройная женщина в элегантном бирюзовом платье. Подойдя к библиотеке, она достала ключ, открыла дверь и вошла внутрь.
Эрика бросила нетерпеливый взгляд на часы: без четверти девять. Устав ждать, она поднялась и направилась ко входу.
Читальный зал представлял собой уютное помещение с журнальными столиками, цветами на этажерках и ситцевыми занавесками. Книжные полки тянулись вдоль левой стены. Всё пространство справа, где были окна, представляло собой своеобразный уголок отдыха: тут стояли удобные кресла и мягкие диванчики.
Конторка библиотекаря обнаружилась за книжными полками в дальнем конце зала. За конторкой никого не было. Подойдя ближе, Эрика увидела приоткрытую дверь, ведущую, по всей вероятности, в книжное хранилище. Там кто-то ходил и что-то передвигал. Эрика кашлянула, и из-за двери показалась знакомая женщина.
– Первый посетитель – и так рано! – воскликнула она. – Обычно раньше одиннадцати никто не приходит.
– Зачем же вы тогда открываетесь в девять?
– Для того, чтобы разобрать книги и навести порядок на полках.
– Тогда я, наверное, вам помешала…
– Ничего подобного! Читатели важнее книг. Книги, в отличие от людей, могут подождать. Меня зовут Димитра Иоанниди, я старший библиотекарь. Вы пришли записаться? У вас ведь нет абонемента?
– Нет… Я не захватила с собой паспорт.
– Достаточно водительского удостоверения.
Эрика вынула из сумочки права и протянула библиотекарю.
– Так вы из Англии, кирия Трейси? – удивленно спросила кирия Иоанниди.
– Я жила там с рождения. Недавно мы с мужем переехали на Кос.
Библиотекарь внесла личные данные в компьютер, распечатала пропуск, заламинировала его на специальном устройстве и протянула Эрике; вся процедура заняла не больше пяти минут.
– Теперь вы можете пользоваться книгами нашей библиотеки. И в читальном зале, и в отделе выдачи. Вам сделать подборку?
– Не сегодня. Я хочу посмотреть газетные подшивки.
– Какая газета вас интересует?
– «Вестник Коса»[7] и «Ежедневные новости»[8] за 1993 год.
– Двадцатилетней давности? – удивленно уточнила женщина. – Боюсь, такие старые подшивки мы отправляем в городской архив. Подождите, я проверю.
Вернувшись, библиотекарь подтвердила, что газеты за 1993 год уже сданы в архив.
– А фотокопии вы делаете? – с надеждой спросила Эрика.
– Разумеется. Пойдемте.
Она отвела Эрику в дальний конец зала, где стояли компьютеры, разделенные плексигласовыми перегородками. Включив один, библиотекарь вывела на рабочий стол две папки: «Вестник Коса. 1993» и «Ежедневные новости. 1993».
– Каждый номер – это отдельный файл в формате PDF.
– Сколько у меня времени?
– Мы закрываемся в восемь.
Папка «Вестник Коса» содержала порядка ста файлов – газета выходила дважды в неделю. Название каждого файла включало месяц и порядковый номер выпуска, что существенно облегчало задачу поиска. Эрика быстро промотала список до июля. Первые два номера изучать не имело смысла – старая продавщица говорила про середину месяца. Эрика бегло просмотрела пятьдесят первый номер, вышедший в начале второй недели, и более внимательно – следующий. Приём официальной кипрской делегации, пожар в порту, рождение второй подряд тройни в семье выходцев из Алжира…
Остальные номера за июль также не содержали упоминаний об отеле «Вергопуло». Если информацию о трагедии засекретили, журналистам наверняка запретили о ней писать, все средства массовой информации подверглись цензуре. Просмотрев выпуски «Ежедневных новостей», Эрика только укрепилась в своем мнении.
