Впрочем, существовала вероятность, что продавщица ошиблась (в силу преклонного возраста и давности случившегося), и массовое отравление людей произошло, например, в июне или августе. Поэтому в течение последующих двух часов Эрика скрупулезно изучала все выпуски за летний период, но так ничего и не нашла. Разочарованная и уставшая, она хотела уже выключить компьютер, но что-то ее остановило. Какое-то подспудное чувство неудовлетворенности… нечто, ускользнувшее от ее внимания, но очень важное.
Эрика попыталась мысленно восстановить последовательность своих действий с того момента, как села за компьютер. Внезапное осознание пронзило ее как яркая вспышка. Вернувшись к папке «Вестник Коса», она снова промотала список файлов до начала июля. Семь номеров. А должно быть восемь: с сорок девятого по пятьдесят шестой.
Пятьдесят третий номер отсутствовал.
Эрика вывела на экран вечный календарь и нашла 1993 год. «Вестник Коса» под номером 53 должен был выйти в пятницу 16 июля. Но не вышел. Или вышел, но был сразу изъят из продажи, поэтому не попал в библиотеку. Не потому ли, что в нем содержалась статья о трагедии в «Вергопуло»?
В папке «Ежедневных новостей» числа вообще шли одно за другим, прерываясь только на воскресенья. Файлы «15 июля» и «17 июля» имелись. А между ними – пробел.
Значит, массовое отравление людей произошло или 16 июля, или накануне.
Эрика вернулась к стойке библиотекаря, и кирия Иоанниди спросила:
– Вы нашли то, что хотели?
– К сожалению, нет. В папках содержатся не все номера.
– Вы уверены?
– И в «Вестнике Коса», и в «Ежедневных новостях» не хватает по одному номеру за июль.
– Возможно, в те дни, которые вам нужны, газеты просто не выходили.
– Не хватает именно
– Вы хотите сказать, между выпусками есть промежутки? – библиотекарь нахмурилась.
– Да. Может ли это быть небрежностью сотрудника, который делал фотокопии?
– Прошло столько лет, сотрудники давно сменились… Но, если бы речь шла о небрежности, не хватало бы только одного номера. Но два сразу и в одном и том же месяце – это уже система.
– Не просто в одном месяце. За одно и то же число.
– Тогда это тем более странно. Скорее всего, в тот день газеты по какой-то причине не поступили в библиотеку, поэтому с них и не были сделаны фотокопии.
– Нет ли у вас случайно адреса редакции «Вестника Коса»?
– Конечно. Сейчас посмотрю в телефонном справочнике.
Сев в машину, Эрика набрала Роберта, позвонившего ей за это время несчетное количество раз.
– Где ты? – начал он без предисловий. – Почему не отвечаешь?
– Я в городе, возникло одно неотложное дело…
– У меня тоже срочные дела в городе! Ты могла поставить меня в известность, а не брать машину без спроса. Мы могли поехать вместе. Я довез бы тебя до нужного адреса.
– Я встала очень рано. Ты еще спал.
– Надеюсь, ты сейчас возвращаешься в отель?
– Пока нет. Если тебе срочно нужно уехать, вызови такси.
Редакция «Вестника Коса» располагалась в обветшалом трехэтажном здании без лифта. Поднявшись на последний этаж, Эрика вошла в приемную, уставленную этажерками, на которых громоздились кипы газет разной степени желтизны. В спертом воздухе непроветриваемого помещения стоял неприятный запах: смесь типографской краски, пыли и растворимого кофе.
За столом, заваленном бумагами, сидела секретарша неопределенного возраста. Она разговаривала по телефону, одновременно набирая текст на компьютере. Кинув на Эрику хмурый взгляд, женщина кивнула на единственный стул – очевидно, это было приглашение садиться.
Взглянув на обивку сомнительной чистоты, Эрика осталась стоять. Помимо этажерок, столов и офисной техники, в комнате имелась дверь с табличкой «Главный редактор». Повесив трубку, секретарша повернулась к Эрике.
– Вакансия закрыта.
– Что?
– Вакансия закрыта!
– Но я не…
– Вы насчет должности внештатного корреспондента?
– Нет. Мне нужен главный редактор.
– Вам назначено?
– Нет, – повторила Эрика. – Но, если он на месте, я бы хотела с ним поговорить.
Секретарша прошла в соседнюю комнату. Через минуту она вернулась и сказала:
– Проходите.
Кабинет главного редактора разительно отличался от приемной – и не порядком как таковым, а отсутствием всего лишнего (скорее даже, всего необходимого). Голые стены, голое окно, пустые книжные шкафы и пустой письменный стол, на котором, за исключением лампы и стаканчика с отточенными карандашами, ничего не было.
Из-за стола навстречу Эрике поднялся худой лысеющий мужчина лет шестидесяти, в потертом твидовом пиджаке и джинсах.
– Мы, кажется, не знакомы? – спросил он, пристально глядя на Эрику.
– Меня зовут Эрика Трейси.
– Тезеус Ксенакис. Прошу, располагайтесь.
Эрика опустилась в кресло напротив стола. Она нервничала и надеялась, что это не сильно бросается в глаза.
– Чем могу служить, кирия Трейси?
– Я совладелица отеля, который раньше назывался «Вергопуло». Теперь у него новое название: «Персефона».
Лицо кирие Ксенакиса осталось невозмутимым, лишь в глазах промелькнуло странное выражение. Он молча смотрел на Эрику, ожидая, что она скажет дальше.
