Отель «Толедо» полностью

Эльк, оставив своих друзей, вновь приблизился. На этот раз он обратился к Стоговски по-английски – в этом доме, как в портовом баре, смело мешались все языки:

– Извините, что поднимаю эту тему, но Саша должна уехать завтра в Москву, а хотелось бы прежде выяснить, что случилось… Вчера, когда она была у вас в гостях, из ее сумки пропало письмо.

Антиквар произнес все это на едином дыхании, самым невинным, нейтральным тоном. Александра не успела вставить ни слова – Эльк повернулся и вновь отошел к камину.

Реакция Стоговски была поразительная – ее лицо помертвело, голова запрокинулась на спинку кресла, словно мышцы шеи разом ослабли. Тусклые глаза по-прежнему остались непроницаемыми, давным-давно утратив способность выражать эмоции, но увядший рот выразительно скривился. Повисла тягостная пауза, нарушаемая только треском сыроватых дров в камине. Елена Ниловна глубоко вздохнула – раз, другой… Внезапно выпрямившись в кресле, старуха уставилась на Александру колючим, зорким, пронзительным взглядом и осведомилась по-русски, громко и резко:

– Что за письмо? В нем были деньги?

– Нет, просто записка, ее написала моя подруга, которая жила тут, в Амстердаме, – смутившись, ответила женщина.

– Кому нужна эта записка? – парировала та. – Может, ты выронила?

– Нет, этого не могло быть, – упрямо ответила Александра. – Письмо исчезло, когда я была у вас в гостях. Моя сумка осталась в передней… Я никого не обвиняю, но что случилось, то случилось.

– Ты что-то темнишь! – после краткой паузы заявила старуха. Ее взгляд словно обыскивал лицо Александры, и та невольно прятала глаза. – Что за письмо? Чем оно так ценно? Там документы? Какие-то важные сведения?

– Там всего несколько слов, – покачала головой Александра. – «Отель «Толедо», номер сто три А».

Елена Ниловна сдвинула жидкие клочковатые брови:

– И что же это за отель? Никогда не слышала о таком.

– Я тоже хотела бы узнать, что это за отель! – Александра была очень разочарована, видя, что название не произвело на Елену Ниловну никакого впечатления. – Судя по всему, было важно, чтобы я нашла его. Но никто не знает, где он. Эльк сказал, возможно, отель мог сменить название…

В этот миг в дверях появилась горничная с новым кофейником. Старуха сделала ей знак, девушка приблизилась. Елена Ниловна заговорила по-голландски, тихо, неторопливо, монотонно, как будто совсем без эмоций. Но лицо молоденькой блондинки, простое и приветливое, разом изменилось. Девушка слушала изумленно, жалобно подняв брови домиком, округлив розовые губы, словно пытаясь выдуть мыльный пузырь. Группа у камина притихла и прислушивалась к монологу Елены Ниловны. Наконец старуха замолчала и красноречивым жестом указала на столик возле камина. Девушка, прямая как струна, прошла к нему, поставила кофейник и молча удалилась, прикрыв за собой дверь. Александра с ужасом увидела застывшие в ее кротких голубых глазах слезы.

– Если это из-за меня, то не стоит… – проговорила она.

– В моем доме пропала вещь гостя, – ледяным, менторским тоном оборвала ее Елена Ниловна. – Я не потерплю этого. Пусть ищет письмо. Где угодно, хоть в мусоре. Не найдет – уволю, и потом ее не наймут в этом городе ни в одну приличную семью. Я за этим прослежу!

– Но понятно же, что девушка письма не брала! – воскликнула Александра, угнетенная тем, что из-за нее разыгралась такая драма. – Оно ей не нужно! К тому же письмо было написано по-русски! За что так жестоко наказывать девочку?

– А это уж мое дело, как и за что наказывать прислугу! – отрезала Елена Ниловна. Она говорила все еще негромко, но ее тон сделался угрожающим. Тусклые глаза смотрели на Александру мертво, с жутковатой внимательностью, как глаза засушенной стрекозы. – Я все-таки постарше тебя, моя дорогая…

Это «моя дорогая» было словно сплетено из колючей проволоки. Александра поежилась, ощутив колющий жар в груди и в позвоночнике. К ним приблизились все трое. Эльк шутливо поддел Александру под локоть:

– Сплетничаете?

– Если бы! – ответила Александра. – Эта история с письмом… Горничную хотят уволить!

– В самом деле?… – с досадой протянул Эльк. – Но мы с тобой еще не заглядывали в отель, ты могла его выронить! – И тут же, словно забыв о своих словах, легким тоном добавил: – Я собираюсь тебя похитить, Саша! Дирк предлагает кое-что обсудить… Разговор серьезный. Поедем, поужинаем где-нибудь втроем?

– А я? – немедленно спросила Анна.

– Ты сейчас же вернешься домой, выпьешь молока и ляжешь спать! – шутливо ответил Эльк.

Дирк шепотом бросил дочери что-то куда менее приятное, судя по тому, как изменилось выражение лица Анны. Оно вдруг сделалось жестким, и Александра с удивлением поняла, что эта красавица может выглядеть отталкивающе. Впрочем, спорить Анна не стала. Слегка пожав изящными плечами, она отвернулась и отошла к окну, словно ее вдруг что-то заинтересовало на улице. Елена Ниловна кивнула, заметив по-английски:

– Вы поезжайте в ресторан, а Сашу я пришлю позже, на такси. Адрес оставьте горничной. Анну тоже до дома довезут.