По итогам многолетнего безрезультатного расследования специалисты МВД и Генпрокуратуры сделали заключительный вывод о том, что убийство готовилось не один день, было тщательно спланировано и выполнено высокопрофессионально, с полным отсутствием улик. 9 сентября 2000 года следствие по делу об убийстве отца Александра Меня было приостановлено «в связи с полной исчерпанностью всех возможных следственных действий»[364]. Об этом остается только сожалеть и надеяться на то, что со временем «всё тайное станет явным» и убийцы будут названы.
Смерть отца Александра потрясла Россию и весь христианский мир. В глазах огромного числа людей он был духовным лидером страны. Его нравственный авторитет в какой-то момент оказался сильнее власти. Те, кто задумал и осуществил его убийство, хорошо это понимали. Его убили именно тогда, когда он получил возможность проповедовать миллионам людей, а не узкому кругу рафинированных интеллигентов или деревенских жителей. В этом смысле масштаб его личности был оценен и воспринят его врагами раньше, чем его близкими и почитателями. Отец Александр знал и чувствовал, что силы зла сгущаются над его головой по мере стремительного роста его популярности и выхода на телевидение с возможностью проповеди для огромной аудитории. Однако он ни на йоту не изменил свой график, отказался от какой-бы то ни было защиты или сопровождения, не умерил интенсивности своих выступлений. Однажды отца Александра спросили, боится ли он смерти. Он ответил, что смерти не боится, а боится многого не успеть. А на одной из лекций сказал, что хотел бы дать слушателям как можно больше, пока работают микрофон и голос… Это было его единственной реакцией на сгущающиеся сумерки.
Для учеников отца Александра и прихожан Новой Деревни, всех, кто попал в его орбиту, в сентябре 1990 года жизнь разломилась надвое: до и после его смерти. «С годами этот рубеж всё явственней проступает некоей осью, средоточием жизни и смерти, к которому и от которого стремятся нити наших судеб, вплетенные в простое полотно истории», — пишет Ольга Ерохина.
Страшным представляется свое недостоинство, несоответствие тому высокому образу, который оставил нам батюшка… «Когда я спросил отца Александра, чем могу помочь ему, — вспоминает Олег Степурко, — отец Александр сказал: „Ничего не надо, лишь бы вы были на высоте, вы и все мои духовные дети. Это самая большая помощь“». Быть на высоте, не изменять своему нравственному долгу, как бы ни было трудно — это и есть тот завет, который оставил отец Александр всем своим последователям…
Мог ли отец Александр избежать такой трагичной, насильственной смерти? Да, мог, если бы он отказался от широкой проповеди последних лет и вместо свидетельства о живом Христе, достоинстве и свободе стал бы вести себя как обычный сельский священник, исполняющий требы и говорящий на проповеди то, что «положено», что никого не задевает и принимается людьми как само собой разумеющееся. Но отец Александр не мог изменить себе. В том, что отец Александр остался верен себе и призыву Спасителя, заключается главная его победа.
Эта смерть имела глубокий духовный и провиденциальный смысл. «Мученическая кончина является лучшим завершением святой жизни», — уверен архиепископ Михаил (Мудьюгин), с большим теплом относившийся к отцу Александру. Как истинного апостола, в конце жизни отца Александра ждал мученический венец. Христианский мученик своей кровью свидетельствует о верности Христу и несет весть о Его воскресении. «Отдать себя до конца — это и есть евангельский подвиг. Только этим спасается мир», — сказал отец Александр о матери Марии (Скобцовой) за несколько дней до своей смерти. Слова эти в полной мере можно отнести к его собственной жизни и смерти…
Он пришел в мир, чтобы выполнить свою труднейшую миссию в безбожной стране, в тяжело больном обществе, лучшие представители которого истреблялись собственным государством и войнами на протяжении нескольких десятков лет. И всё же он был счастливым человеком в несчастной стране, потому что его сердце, душа и помыслы всегда были со Христом, ради Которого он любил ближнего как самого себя и нес окружающим слово любви и надежды. Всю свою жизнь отец Александр посвятил христианизации России. Эта миссия была сопряжена с тяжелейшими испытаниями и бременами, с погружением в бездну грехов колоссального числа его духовных детей, что требовало невероятных душевных сил. Эти силы были даны ему свыше, и маленький сельский храм, в котором он служил двадцать лет, стал духовным центром огромной страны.
