Отец Иоанн приехал так рано, что все в буквальном смысле еще глаза спросонья протирали. Я исповедался у священника училища и стал на правом клиросе. Выйдя говорить проповедь, отец Иоанн стал в поучении своем перечислять разные грехи людские и между прочим один грех, который был у меня на душе, о котором я в суете забыл сказать на исповеди, который мне был приятен и который я собирался углублять. Когда отец Иоанн произносил этот грех, то поворачивался вполоборота лицом ко мне и глядел мне прямо в глаза своими голубыми пронизывающими глазами и повторил это трижды, у меня мороз пошел по коже, и я решился оставить этот грех навсегда, и по молитве отца Иоанна Господь мне помог, и я никогда больше не впадал в этот грех.
Очевидно Дух Святой сказал об этом моем грехе великому Своему угоднику и о том, что я не исповедал его и что собирался в нем не только пребывать, но и углублять его.
И великий прозорливец и милостивец решил вырвать из меня этот грех с корнем.
Эта поразительная прозорливость отца Иоанна напоминает мне апостола Петра, который сказал бывшему волхву Симону:
Кара Божия и исправление
Некоторые крестьяне села Суры — родины отца Иоанна — называли его просто Иван.
Однажды во время путешествия отца Иоанна на родину подошел к нему односельчанин и говорит: «Иван, дай 25 рублей, у меня кобыла больна лежит». Отец Иоанн молча вынул 25 рублей и дал ему.
Крестьянин этот выманил у отца Иоанна деньги с целью покутить — лошадь у него была здорова.
Каковы же были удивление и ужас этого крестьянина, когда он вернулся домой. Оказалось, что лошадь его сдохла.
Он горько раскаялся, видя карающую руку Божию, и тотчас вернулся к отцу Иоанну и сказал ему: «Отец Иван, я тебе соврал, когда просил деньги, кобыла моя была здорова, а теперь сдохла».
Отец Иоанн, поучив и наставив его, простил его.
_______
Здесь отец Иоанн, подобно апостолу Петру, покаравшему Ананию за попытку обмануть Духа Святого407, карает за попытку обмануть обитавшего в нем Духа Святого, прозрев обман и силою Божиею наказав обманщика. Увидав же раскаяние его, назидает и обращает на путь истины.
Один почтенный полковник рассказал мне следующий случай. Он, будучи офицером, готовился к экзамену. Завтра был экзамен, и оставалось еще 700 страниц курса непрочитанных. Он сидел дома и занимался. Неожиданно он услышал шум на улице, посмотрел в окно и увидел массу народа и карету, из которой выходил отец Иоанн.
Отец Иоанн приехал к одному из жильцов дома. Офицер продолжал заниматься. Вдруг стук в дверь, и в комнату вошел отец Иоанн со словами: «Занимаетесь, ну, работайте, работайте — все будет хорошо». После этих слов отец Иоанн пошел к хозяину квартиры и сказал ему, чтобы он пригласил к себе и офицера. После молебна пошли в столовую, где стол был заставлен множеством яств, но отец Иоанн съел лишь просфору и пил чай, так как был какой-то постный день. Отец Иоанн уехал, а офицер успел за ночь прочитать курс и выдержал экзамен первым.
Однажды, когда в Смольном институте ожидали приезда отца Иоанна, и девицы были выстроены в широком институтском коридоре, и она стояла перед своим отделением, то отец Иоанн, проходя мимо инспектрис и классных дам, благословлял их; когда же он стал приближаться к Марии Алексеевне Неклюдовой, не дойдя до нее несколько шагов, перешел на другую сторону коридора, где стояла другая инспектриса. Мария Алексеевна думает, что отец Иоанн прозрел ее отношение к нему и нарочно перешел на другую сторону, чтобы ее не благословлять.
«... Вот то, что сейчас я стою здесь на архиерейской кафедре, а вы слушаете мое слово, четверть века тому назад было предначертано в Кронштадте при служении Литургии отцом Иоанном Кронштадтским. Это было в мае 1902 года. В тот день отец Иоанн принимал общую исповедь, и весь народ, наполнявший собор, готовился к Причащению Святых Таин. И вот, когда по Причащении священнослужителей, отец Иоанн влагал в Чашу частицы Тела Христова, одна частица, не сухая, а уже омоченная Кровию Христовой, то есть бывшая уже в Чаше, вылетела прямо против меня, и я удержал ее на своей ладони. Видя это, отец Иоанн спокойно мне сказал: «Скушайте». Беседовать с отцом Иоанном после этого случая мне не пришлось, и я сохранил в сердце своем это чудо, ожидая, когда откроется мне смысл его. Кто возразит мне теперь, если я истолкую бывшее в Кронштадте в применении к настоящему так:
