Странно, что момент возвращения жены совпал с причащением местным священником уже “отходившей” дочери. Лишь только священник отошел от постели умиравшей, жена выполнила совет монашенки, в тот же момент произошло чудо: уже не могший дышать ребенок, впервые сильно закашлявшись, выделил из груди плотную, как гуттаперча, белую массу (говорю “впервые” потому, что ввиду уплотнения легких никакие медицинские средства в течение более двух недель не могли вызвать отделения мокроты). С того момента дочь была спасена; прибывшие в тот же вечер доктора были буквально поражены происшедшим чудом, “допуская лишь возможность благотворного, хотя и позднего действия науки”; мы же знали секрет этого чуда, но, не желая их разочаровывать, до сих пор скрывали этот “секрет”».
«При поступлении моем в 1-й кадетский корпус в Петербурге мать моя решила пригласить в дом отца Иоанна с тем, чтобы просить его отслужить молебен и благословить меня, дабы я мог поступать в кадетский корпус. Отец Иоанн согласился и, указав день, в который он может приехать, действительно приехал к нам и отслужил молебен. При уходе отца Иоанна от нас я подошел к нему за благословением и он, положив обе руки на мою голову, сказал, обращаясь к матери: “Поступит, поступит”. И действительно, когда я поступал в корпус, было очень тяжело попасть на казенную вакансию: их было всего две, а держало нас 35 человек, и я выдержал экзамен первым, и таким образом поступил в 1-й кадетский корпус. Удивительно было то, что какая-то благодать снизошла на меня, мне было как-то легко держать экзамены, и я почти был уверен, что поступлю. Этим я объясняю, что при моей дальнейшей жизни я часто вспоминал отца Иоанна и верил, что его молитвы особенно доходят до Господа Бога.
Я был участником Русско-японской войны, был ранен и контужен, во многих боях мне угрожала смерть, тонул в реке Хуанхе в 1905 году, но был спасен, четыре раза ранен и контужен в войну 1914-1918 годов, затем в Гражданскую войну едва не попал в руки большевиков и благополучно добрался вместе с женой в Сербию.
Все это я приписываю благодати Божией, которую снискал отец Иоанн, к которому я и до сих пор питаю чувство благоговения, особенно в тяжелые минуты жизни, находясь на чужбине».
«Один гимназист в присутствии отца Иоанна в частной квартире сидел очень грустный, подавленный. Отец Иоанн спросил его о причине такого его настроения. Он ответил, что завтра у него экзамен по Закону Божию, но что он ничего не знает и, наверное, провалится.
Отец Иоанн пожурил его за то, что он самого важного предмета не знает. Затем, сосредоточившись и помолчав немного, отец Иоанн сказал: “Ну, ничего, завтра все будет гораздо лучше, чем ты предполагаешь”.
Наутро ученик вытянул билет, которого совершенно не знал. Преподаватель был очень требовательный и строгий. Билеты тянули три ученика сразу. Этот ученик вытянул третьим и с ужасом ждал своей очереди. Неожиданно, когда уже подходила очередь ему отвечать, преподавателю принесли бумагу с требованием немедленно явиться в Синод. Он ушел, а экзаменовать стал старичок-священник, который спросил ученика только молитвы и поставил ему хороший балл.
Надо думать, что отец Иоанн, видя сердечное раскаяние мальчика, помолился за него в момент сосредоточения и получил от Духа Святого ответ, что его молитва услышана и что на экзамене произойдет то, что произошло. Очевидно, Господь Вседержитель для прославления Себя в отце Иоанне и отца Иоанна в Себе сотворил это чудо.
Ученик этот рассказывал мне это уже будучи выдающимся профессором Университета».
Отец полковника, сотник Кубанского казачьего войска Иван Емельянович Гулыга в 1896 году выдержал в городе Тифлисе экзамены для поступления в Академию Генерального Штаба. В Петербурге он тоже выдержал экзамены в Академию Генерального Штаба, однако при конкурсе принят не был.
В 1897 году И. Е. Гулыга перед экзаменами поехал в Кронштадт и просил отца Иоанна отслужить молебен об успешном выдержании экзаменов в Академию. Отец Иоанн отслужил молебен и обнадежил его, что выдержит экзамен хорошо. И действительно, Иван Емельянович блестяще выдержал экзамен и отлично кончил Академию Генерального Штаба одним из первых.
София, ул. Царя Бориса, 151, Русский Инвалидный Дом
«Благоговея перед светлой памятью покойного отца Иоанна Кронштадтского, считаю своим святым долгом, в удостоверение великой силы его молитвы, сообщить следующее.
