Признаться честно, мне было некомфортно слушать разговоры о предстоящей свадьбе своего бывшего молодого человека.
Я действительно желала ему счастья и не хотела быть причиной каких-то конфликтов особенно накануне свадьбы. Но мне тоже казалось, что Ксения не та девушка, которую может полюбить Серёжа.
Сколько я его помню, он был живым, творческим, неугомонным. Заваренный доширак мог простоять в его комнате несколько суток, и ел он его руками. Внешний вид парня всегда заботил мало.
Как он станет жить в золотой клетке, где нужно держать нож в правой руке, вилку в левой, а воротничок рубашки утюжить каждое утро?
– Моя комната здесь, я пришла. Доброй всем ночи.
– Я зайду на минутку? Нужно поговорить, – все странно посмотрели на нас с Серёжей, но ничего не сказали.
Я тоже не стала сопротивляться и кивнула парню на дверь, ведущую в мою комнату.
Он долго рассматривал покрашенную белой краской стену, потом из окна наблюдал за раскидистой вишней в саду. Не решался начать разговор.
Я все думала, что он хочет спросить. О чем нам нужно поговорить? Мне говорить не хотелось совершенно…
Поэтому я заняла позицию в кресле около двуспальной кровати и приготовилась ждать.
– Знакомство снова прошло не очень гладко, да? – я пожала плечами. – Мама бывает резкой и импульсивной. Ксюша стушевалась немного.
– Она не из тех девушек, которые дадут отпор. Да, наверное, и не подобает невесте вести себя так, как вела себя сегодня я.
– Маме ты понравилась, – парень хмыкнул, присаживаясь на край кровати на расстоянии вытянутой руки от меня. – Ты всегда была такой, сколько помню наши отношения. Живая, веселая, умеющая постоять за себя.
– Иногда это играет против меня.
– Мне правда было важно увидеть тебя здесь. Наши отношения были особенными. Я очень уважал тебя как девушку, как личность. Даже когда пройдет много лет, в моей памяти останешься именно ты и время, проведенное с тобой.
– Спасибо, конечно… Но к чему ты клонишь? – я непонимающе изогнула одну бровь и почему-то интуитивно прижалась к спинке кресла.
– Когда ты рядом, кажется, что все как прежде. Я чувствую счастье внутри. И будто бы каждый раз ищу тебя взглядом среди гостей. Может быть, мы поторопились?
– Фролов, ты шутишь сейчас? Какое счастье? Какое «как прежде»? У тебя свадьба послезавтра!
– Да причем тут свадьба?! – парень поднялся с места, и я почему-то поднялась тоже. – Ты чувствуешь ко мне хоть каплю того, что чувствовала в отношениях?
– Я чувствую, что хочу пристукнуть тебя на месте! Мы расстались три месяца назад, потому что ты был последним раздолбаем, не думающим о будущем. И, как я вижу, ничего не изменилось! Спустя три месяца ты собрался жениться на девушке, которую подумываешь променять на бывшую!
Я бы высказала еще столько же. Но остановили меня приближающиеся к лицу губы.
Я так оторопела, что не сразу сообразила дать отпор, и оттолкнула парня уже в миллиметре от поцелуя.
– Ты сдурел?!
К глазам подступили слезы от бессилия и полного непонимания ситуации.
Тело горело от неприятных прикосновений этого человека.
Я вся дрожала. Почему-то стало страшно. В глазах напротив виделось что-то нечеловеческое, чего я там раньше не видела.
– Уходи. Сейчас же. Иди к невесте и честно скажи, что чувствуешь к ней. Не трогай меня. Не прикасайся и не приближайся больше никогда.
Повторять дважды мне не пришлось.
Парень скрылся за дверью уже через мгновение, оставив после себя только терпкий запах парфюма и ощущение холодных грубых ладоней на моей талии.
Я обняла себя, чтобы не расплакаться. Ходила из угла в угол комнаты в надежде забыть произошедшее. Может быть, мне все вовсе показалось?
– Кто там? – не весть на каком кругу моих бесполезных хождений по комнате в дверь постучались. Я напугалась.
– Кира, это Александр. Я могу войти?
– Да, входи, – я зачем-то подошла к двери и открыла ее для мужчины. – Ты что-то хотел?
– Ты плачешь? Что произошло? – я мотнула головой, закусывая губы. – К тебе зашел Серёжа, я слышал разговор на повышенных тонах. Что здесь было?
Не в силах больше держаться, я рухнула на кровать и, умываясь слезами, выложила всю правду.
– Это я виновата, – твердила, стирая тушь со щек бумажными платочками. – Какой дурой нужно быть, чтобы приехать на свадьбу к бывшему?
– Не говори глупостей. Твоей вины здесь нет ни на грамм. Ты не вела себя вызывающе, никого не провоцировала, всеми силами поддерживала и моего сына, и его невесту. Да он должен быть благодарен за то, что ты делаешь.
– Если из-за меня расстроится свадьба? Мне этого не хочется! Ксюша замечательная девушка, она не заслуживает такого.
– Кира! – мужчина осмелился взять мою руку в свою и заглянуть в глаза. – Если из-за кого-то эта свадьба и расстроится, то только из-за моего сына, который ведет себя совсем не как мужчина. Я учил его принимать обдуманные решения, отвечать за свои слова и поступки. А что сделал он? Играет с чувствами девушки, которая его любит, внушает тебе чувство вины.
– Я не знаю… – внутри было такое отвратительное чувство, что никакие слова сейчас не успокаивали.
