До стены долетело мизерное количество артефактов, почти ничего не разрушивших и серьёзного урона не нанёсших. Вряд ли серые рассчитывали на иное, они, вероятно, планировали под прикрытием обстрела пойти на штурм первой волной и сократить потери передовых стай. Частично их затея удалась. Ответный залп вышел жиденький, большинство стрелков либо прятались, либо не имели возможности выстрелить, укрытые щитами. Поэтому волки без препятствий прошли дальнюю огневую зону, и сходу принялись перепрыгивать через небольшой ров, не столько укрепление, сколько декоративного характера. И вот тогда у них начались проблемы.
Пространство перед крепостью оказалось нашпиговано ловушками, причем не обязательно магическими. Инженеры здесь и колючую проволоку использовали, и небольшие ямки с колышками, и вообще всё, что в голову взбредет. Сильному магу эти ухищрения не помеха, он сквозь них пройдёт, не заметив — но в первой волне сильные не шли, только младший и средний круг. Скорость движения сразу упала. Волки, уж на что упоротые, при виде умирающих или просто скулящих от боли сородичей начали осторожничать, выбирать место, куда поставить ступню, чем немедленно воспользовались наши. Верхушка вала словно взорвалась шквалом заклятий, снарядов, обычных стрел с необычными наконечниками, гулко зарокотали артиллерийские големы.
— Не пора? — повернулась ко мне Фредерика.
— Нет. Нужно, чтобы они ввели в действие хотя бы старший круг.
Она с сомнением покачала головой.
— Это вряд ли. Лучших бойцов они будут беречь до последнего. Скорее, создадут перевес в мясе на паре-тройке участков, и бросят подкрепления туда, где наметится прорыв.
— Твой вариант меня тоже устроит. Главное, чтобы они сил побольше израсходовали.
Так как численность первой волны сокращалась быстрее, чем предполагалось изначально, командование серых заколебалось. Их Народ намного спокойнее относится к потерям в живой силе, однако они понимали, что молодняк — это будущее, поэтому губить его слишком сильно нельзя. Вместе с тем, время основного удара ещё не пришло. Результатом их неуверенности стал компромисс в виде четырех банд росомах, брошенных на прорыв.
При виде конкурентов медведи недовольно заворчали. Рынок тяжелых пехотинцев не особо велик, к тому же он не стабилен, на нём случаются спады. Медведи, росомахи, львы и вепри бьются за каждый контракт, зачастую в прямом смысле. Вепри, кстати, в данном отношении самые приличные, они отжали себе северо-запад континента и больше никуда не лезут, поэтому к ним у Фредерики претензий нет. Иное дело — росомахи. У них нет единого руководства, Совет глав семей весьма символически правит бешеным Народом, являясь, скорее, совещательным органом. Встретить их можно везде, даже друг с другом дерутся, если вдруг две банды оказались наняты разными сторонами. Но, надо признать, дерутся хорошо.
— Пошли своих, — бросил я Фредерике. Та довольно оскалилась.
Котов на данном этапе следует беречь. Их вообще следует беречь, но сейчас моим вовсе незачем тратить силы, которые потребуются при преследовании врага. А в том, что мы сегодня победим, я был уверен. Волки неотвратимо втягивались в ловушку, скапливаясь перед низким густым кустарником, окружающим вал. Нет, конечно, они сами прикрылись щитами и вдобавок снова обстреливали вершину стены, мешая нам вести огонь, кое-где даже прорвались к подножию вала… Но взобраться наверх у них не получалось, сверху падало слишком много всякого, вредного для здоровья. Безусловно, наверх они прорвутся, причем скорее рано, чем поздно. Только какой ценой?
Если Вожак не хочет фатальных потерь, ему придётся бросить в бой ветеранов. Тем более что, по большому счету, молодняк свою задачу выполнил, устлав телами минное поле и прорвав внешний оборонительный контур. Пришла пора вводить старший круг.
Основное наступление волки вели с южной стороны, где насчитали поменьше башен и, следовательно, тяжелых стационарных орудий. Логика понятная, правильная, правда, не учитывала наличия в наших рядах стрелковых големов. Тем не менее, сейчас уже поздно было что-то менять, и сотни серых теней рванули к крепости, на помощь своим младшим собратьям.
Вот теперь — пора.
— Ждан, запускай леталки с бомбами.
— Понял, старший!
Наш замысел прост. Сложные планы на войне не работают, их могут нарушить тысячи мелочей. Поэтому внизу, перед валом, закопаны сосуды с ядовитым газом, которые взорвутся по моей команде, отравляя живых поблизости. Вернее, тех, кто находится ниже восьми метров — выше газ не поднимется, он тяжелее воздуха, вдобавок мы заранее рассчитали силу взрывателей и объем. Хотя на всякий случай каждому бойцу на валу выдано противоядие, которое полностью от отравы не убережет (она и на кожу действует, обжигая), однако от смерти спасет.