- Анфиса, - сказал Алгавир, поворачиваясь ко мне и глядя в глаза. Пусть трупы заберут себе Аксона и делают с ним, что хотят. Я выдам его им, если это поможет предотвратить вторжение. Я отвечаю за жителей этой половины города. Трупы, когда они приходят, разрушают все на своем пути. Если же ты понесешь камни музыкантам, клянусь, я лично встану у тебя на дороге.
- Я понимаю тебя, Алгавир. И я не хочу войны. Я хочу найти другое решение. Хотя бы потому, что в этой войне живые выиграть не могут. Все ваши убитые солдаты будут на следующий день снова стучаться в ворота. А все убитые живые пополнят ваши ряды. И так будет продолжаться, пока живых в городе не останется вовсе. Я хочу найти другое решение, при котором ваш город остается, а мы, живые, уходим, не причинив ему вреда. Но я не знаю, Алгавир, смогу ли найти это решение. Я даю обещание, что сделаю все возможное, чтобы его найти.
- Ты обещала разрушить город, - сказал один из соратников Аксона, выступая вперед.
- Ты готов рисковать своей жизнью, воюя с двумя армиями мертвых? спросила его я. - Если готов, то ты глуп. А если нет, то почему ты задал свой вопрос?
Воин опустил глаза и сделал шаг назад. Ему нечего было ответить.
Алгавир подошел и пожал мне руку. Мы оба были воинами, и понимали, что значат подобные обещания: мы описали друг другу условия собственной смерти. Он будет стоять до конца, защищая город. А я буду ценой своей жизни искать выход из ловушки. При этом каждый убьет другого, если ситуация выйдет из-под контроля.
Камни в городе
Алгавир рывком поднял Аксона и приказал стражникам окружить его.
- Надо держать его под стражей поближе к мосту, - сказал он. - Если трупы ворвутся, я выдам им его.
- Другого выхода нет, - согласилась я. - Не стоит из-за Аксона затевать бойню.
Он ушел, и за ним последовали все, кроме Алана и Гриалира.
Алан, видимо, был несколько ошарашен увиденным.
- Как мы сумеем исполнить данное тобой обещание?! - сказал он, поглядывая на меня с укором.
- Важно было сохранить мир, Алан. И я его сохранила. Потому что время сейчас работает на нас. Если ты можешь предложить другой путь, предлагай.
Сегодня утром у меня получается постоянно ставить в тупик мужчин. Алан опустил глаза и почесал затылок.
- Я хочу участвовать в событиях, - произнес Гриалир, которого я про себя называла Серебряный Демон. - Думаю, еще один верный клинок тебе не помешает. А я буду с тобой до конца, что бы ни случилось.
- Конечно, - сказала я. - Оставайся. Нам есть о чем подумать. Кстати, я бы не отказалась от сытного завтрака.
Алан ревниво покосился на Гриалира, но промолчал. Я женщина-воин. Ревновать меня глупо, потому что я свободна, и никто не имеет никаких прав ни на мое тело, ни на мой ум.
Мы оставили записку Алгавиру, на случай, если он появится здесь раньше нас, и направились в ближайший кабачок.
- Добрый день, уважаемые гости! Прошу проходить! - хозяин кабачка лично вышел поздороваться с нами. - Выбирайте самый лучший столик!
Я уже понимала, что живые в городе мертвых были своеобразной редкостью. И те владельцы кабачков, к которым живые заглядывали чаще, чем к другим, этим нехитрым трюком привлекали многих мертвых посетителей. Бытие мертвых было однообразным и предсказуемым - они ничего не хотели, кроме наслаждений и ни к чему не стремились, кроме покоя. Наблюдение за живыми и теми драмами, которые разыгрывались между ними, было одним из любимых и одним из самых изысканных зрелищ в этом городе.
Мы съели мясо, приготовленное в больших глиняных горшочках, и запили его превосходным вином. Потом Гриалир взглянул на меня и спросил:
- Что ты намерена делать, Анфиса?
- Самое простое, что я могла бы сделать, это взять камни и отнести их к музыкантам, - ответила я. - Но я дала Алгавиру слово не делать этого, потому что не хочу разрушать город. Еще один вариант - я могла бы уйти отсюда, оставив все, как есть. Я уверена, что беспрепятственно пройду сквозь ворота, непреодолимые для других живых.
- Позволь мне усомниться в этом, - улыбнулся Гриалир. - Я сам пробовал сделать это неоднократно. И, как видишь, все еще остаюсь здесь.
- Хорошо, - согласилась я. - Это надо проверить. Когда придет Алгавир, мы непременно этим займемся. Но я в любом случае не могу уйти, потому что хочу дать живым путникам возможность продолжать их путь к Матери Ветров.
- Что же остается? Просто ждать? - спросил Алан.
- Просто ждать, - согласилась я. - Можно, пожалуй, сделать только одно. Передать камни Алгавиру, чтобы он охранял их днем и ночью.
- Но это же единственный наш козырь в игре! - воскликнул Алан. - Если у нас не получится исполнить данное тобой обещание, у нас не будет другого выхода: мы должны будем передать камни музыкантам.
Я разозлилась на Алана. Если бы не ему принадлежали эти четыре камня, я, наверное, прямо сейчас предложила ему отправиться своей дорогой, а меня предоставить моему собственному пути. Но я сдержала свой порыв.
- Чтобы забрать камни, нам надо выйти за ворота, - сказала я. - Не так ли?
- Точно, - кивнул Алан.
