- Сколько пройдет от одного мига до другого, - улыбнулся тот моему вопросу. - Путешествия в глубинные миры не занимают времени.
Я рассмеялся в ответ.
- Путь свободен! Вперед!
Элексигаль уже протягивал меч Анфисе:
- Примерь его, демонесса. Если что не так, скажи... И вот что, тебе придется научиться с ним разговаривать. Как с живым существом.
Анфиса взяла в руку меч, еще недавно принадлежавший Карахману.
- Спасибо, - произнесла она одними губами, в то время как ее глаза восхищенно скользили по блестящей поверхности изящно изогнутого клинка.
- Его имя Алгрениум, - сказал Элексигаль. - Запомни хорошенько.
Мы подошли к Восьмым Вратам уже в полной темноте. На небе сияли звезды. И сияли сами Врата, внутри которых переплетались друг с другом восемь янтарных нитей.
- Здравствуй, Октосиаль, - сказал я. - Я пришел со своими спутниками.
- Вижу, ты даже перевыполнил свое задание, Крит.
- Это было нетрудно.
- Хочу предупредить тебя, Несущий Смерть Всем, Кто Стоит На Пути. Ты должен будешь сделать выбор в Восьмой Зоне. Иначе охота воинов новой смерти будет успешной. Ты понял?
- Отец создал новую смерть? Как называют ее воинов?
- Их называют фуэко. Они отнимают жизнь у бессмертных.
- Но, Октосиаль, не опасается ли Отец, что это оружие начнет действовать против него?
- Опасается. Но тебя он опасается больше. Меня очень беспокоят эти фуэко. Их всего трое. И они женщины со странными лицами. Тебе будет трудно выдержать их взгляд долго. Твоя душа слишком открыта. Запомни, если ты сделаешь выбор в Восьмой Зоне, ты избавишь вселенную от сестер фуэко, а себя - от страшной гибели. Сделай свой выбор, Крит.
- Но чего будет касаться этот выбор? - спросил я.
- Сделай то, что должен сделать, Крит. Проходи быстрее. И твои спутники пусть проходят. А я пока буду петь.
Октосиаль запела старую песню. Одну из тех, что я слышал еще в ветвях Матери.
Долина, полная Ветра,
В которой теснятся формы миров,
Пронизанная лучами жизни,
Согретая огнем желаний,
Овеянная дыханием снов,
Готовая излиться, как чаша,
На лицо меняющегося мира,
Тебя я вижу, долина жизни,
Тебе я оставляю свое нежное сердце.
Там, где ночь превратится в день,
Там, где сила станет слабостью,
Там, где любовь ничего не будет значить,
А все решит только рука судьбы,
Я войду в тебя, долина жизни,
Я буду толчком, который придаст Вселенной форму,
Я буду Ветром, летящим над Вратами,
Меняющим Зоны одну за другой.
Я буду свободой и силой,
Я буду даром и надеждой.
Я буду всем, что так необходимо
Тому, Кто Идет По Пути.
Из моих глаз потекли слезы, и я шагнул сквозь Врата. С той стороны тоже было темно. Но я мог разглядеть сгустки тьмы, иногда скрывающие от глаз звезды. Я стоял спиной к пленке, разделяющей зоны, передо мной расстилалась почти такая же равнина, как та, по которой мы шли к Восьмым Вратам. Сгустки странной тьмы мелькали перед глазами, но никакой опасности я не чувствовал.
Анфиса появилась следом за мной, потом показались Алан, Моргульский, Лаэрций и Элексигаль.
- Предлагаю развести костер, - сказал Моргульский. - Идти в темноте по незнакомой местности было бы ошибкой.
- Согласен, - сказал я.
- Отлично! - воскликнул Элексигаль, выпуская из своей руки сноп огня, озаривший долину.
Наверное, зря он это сделал, потому что сгустки тьмы внезапно пришли в движение и набросились на огонь, почти скрыв его от наших глаз.
- А! Здесь кто-то есть! - воскликнул Элексигаль, выпуская из половинки своего рта в темное небо целый фонтан огненных искр.
- Вот это фейерверк! - засмеялся я. - Брат, побереги свой огонь!
- Это единственный способ отвлечь их от костра, поверь! - крикнул Элексигаль.
При свете искр, медленно гаснущих в небе, мы увидели небольшое озеро справа от нас и, подойдя к берегу, развели-таки костер из сухих веток, в изобилии валявшихся на земле.
Сгустки тьмы больше не беспокоили нас, увлеченные искрами в небе, запас которых Элексигаль регулярно пополнял.
- Брат, - обратился я к нему, - ты знаешь, что это за существа?
- Довольно безобидные, если их не злить. Они питаются светом, но не выносят солнца. Днем они прячутся глубоко под водой. Так что это озеро, должно быть, глубокое.
- Я никогда не встречал их, - признался я.
- Они появились после твоего исчезновения, брат, - пояснил Элексигаль. - Честно признаться, вся вселенная начала меняться после того, как ты исчез. Думаю, твой Отец прекрасно понимает это.
- Что он понимает? - спросил я.
- Что его время подходит к концу. Разве это не очевидно? Он вечное существо. То, что он создал сестер фуэко, говорит о многом, не так ли? Это знак, брат. Знак, который не может не настораживать. И я понимаю, на что намекали Восьмые Врата, когда предлагали тебе сделать выбор как можно скорее.
- На что же? - спросил я.
- Разбуди свою пазиру. Решись на это.
- Меня останавливает только одно, - начал было я.
- Знаю. Ты боишься, что Мать Ветров исчезнет вместе с этим миром. Но раз уж ты хозяин этой пазиры, все зависит от твоего желания. Из созданного тобой семени может вырасти только та Вселенная, которую ты хочешь видеть.
- Я должен увидеться с Матерью, прежде чем приму такое решение.
