– А ПИН-код какой? – спросила Клара, но ей никто не ответил. Клара выбрала «Снять наличные» и ввела сумму 1000 рублей. Банкомат выдал деньги. Клара забрала карту, посмотрела на часы в телефоне и скорым шагом пошла обратно. Уже по дороге домой она вспомнила, что, скорее всего, забыла закрыть замок, когда возвращалась за кошельком. «Всё равно никто не сможет открыть дверь», – подумала Клара, но для разнообразия решила загнаться по этому поводу, чтобы было веселее идти. «А если у деда были ещё дети? А у тех детей – ещё его внуки? Ну и пусть, что они незаконные! Зато родные деду. А если родные, то хочешь не хочешь – тоже часть семьи, и они смогли бы открыть дверь», – логично размышляла Клара, но накрутить себя хотя бы до незначительного волнения совершенно не получалось. Тогда она решила проверить свою стрессоустойчивость ещё раз вечером, когда на улице станет темно: раньше темнота всегда очень помогала тревожным мыслям. Теперь попытка напугать себя только смешила Клару, и, обратив на это внимание, она поняла, что стала какой-то новой, другой. Клара не знала, когда именно это произошло: уж слишком много событий из взрослой жизни случилось за последние дни, и, кажется, это сделало Клару другой. Но какой? Клара вдруг явно почувствовала, что стала другой, но эту – другую себя – Клара не знала. Она вдруг не стала спорить с женщиной у банкомата, и даже не стала демонстрировать ей своё превосходство. А может быть, как раз из-за того, что она так мило поговорила с этой женщиной, её пальцы со второй попытки набрали верный ПИН-код?..
Кларе потребуется время, чтобы узнать себя лучше. Она не ожидала от себя, что позовёт дядю Женю, да ещё и с Альмой: Клара как будто чувствовала, что ей нужно компенсировать все эти годы избегания собак интенсивным общением с Альмой. Тем более, она умная. И Альма – тоже.
Дядя Женя уже стоял у ворот и выстраивал композицию из букв, а около его левой ноги сидела Альма.
– Альма! – крикнула Клара. – Ко мне!
Умная Альма посмотрела на дядю Женю с вопросом: «Кто это? Она это серьёзно? Мне можно? Я была бы не против побегать». Дядя Женя, прекрасно понимающий собачий язык, кивнул, и Альма кинулась к Кларе. У Клары на мгновение остановилось сердце, но только для того, чтобы через секунду затрепетать от радости: она снова может играть с собаками!
Клара и Альма побежали к дяде Жене, и, поскольку их скорость была велика, они сделали большой круг и только потом остановились. Кларе потребовалось время, чтобы отдышаться, и затем она спросила: «Что будем делать?»
– Правильно было бы закрасить новой краской ворота и калитку, – сказал дядя Женя. – Но мне нравится писать буквы, а не красить доски. Красить ворота может понравиться Жорке и его друзьям.
– Я хочу, чтобы на воротах было написано «Не продам», – сказала Клара.
– Имеешь право. А если покупатели пойдут на принцип?
– Это… нормальное выражение? Так разве можно при детях говорить? – уточнила Клара.
– В каком смысле? – не понял дядя Женя.
– Ну, пойти на… принцип. Это – нормальное выражение, не ругательство? – объяснила своё опасение Клара.
– А, ты об этом… Нет, это выражение означает «быть принципиальным». Вот ты написала «Не продам», а покупатель может пойти на принцип и сказать: «Щас посмотрим, как ты не продашь!» – и привезёт, например, самосвал денег. Что тогда будешь делать? – обрисовал ситуацию дядя Женя.
– Я скажу: «Увы, это невозможно», – честно призналась Клара, а дядя Женя подумал: «Легко отказываться от самосвала денег, пока его тебе никто ещё не предложил».
– А что делать с номером телефона? – продолжила тем временем Клара.
– Охры нет? – спросил дядя Женя.
– Чего нет?
– Охры. Это краска такая, ей покрашены ворота, калитка и забор.
– Вы, взрослые, столько слов знаете! Надо же, охра… Нет, наверное, охры нет. Я могу ещё поискать её в сарае. Но на чердак не полезу! Давайте просто зачеркнём номер.
– Зачеркнуть несложно, но цифры номера всё равно можно будет прочитать, и народ будет звонить и уточнять: продашь-таки или нет, – снова заглянул в будущее дядя Женя.
– Варианты?
– Закрасить. Будет белый прямоугольник.
– Принято. Тысяча сто рублей – договорились?
– Не, оставь себе. Мне в радость тебе помочь, – просто сказал дядя Женя. – Неси краску. Ты же после прошлого раза закрыла банку и вымыла кисточку?
– Упс… – Клара поняла, что всё-таки ей ещё многое предстоит узнать о взрослой жизни. И радостно в сопровождении своей новой подружки Альмы побежала за краской и кисточкой.