Но, как говорится, дуракам везет. Поэтому придурок Ника выжил. Но теперь ему всю жизнь нужно глотать какие-то очень сильные таблетки. Три раза в день. А если он забудет и пропустит проглотить хоть одну таблетку, у него получается страшный припадок – такой, что он может умереть. Тем не менее припадочный Ника ездит теперь на машине – явная угроза другим людям.
Потом Ника уехал к своей бабушке во Флориду и живет там в свое удовольствие. Получает велфэр, специальную пенсию для психически неполноценных. А потом еще подстригает травку у соседей и получает еще 5 долларов. И живет себе припеваючи. Что еще дурачку нужно?
С князем Алешей получилась странная история. Они с Лилей пошли на ужин к Тане-проститутке, которая живет рядом. Когда они вернулись домой, у Алеши вдруг заболел живот. Он пошел в уборную – и в уборной умер. Вроде от сердечного удара. Но Алеше было всего около 50 лет, и он на сердце никогда не жаловался. Поэтому по Си-Клифу поползли всякие нехорошие слухи.
Говорили, что когда-то баронесса Лиля жаловалась, что князь Алеша иногда срывается в педерастию и грешит с пуэрториканскими мальчишками. Тогда баронесса Лиля дико скандалила и даже убегала от Алеши. Она даже пыталась искать себе "нового мужа". Но кому она нужна с двумя дефективными детьми? Поэтому она возвращалась к Алеше.
А про баронессу Лилю говорили, что она потихоньку лесбиянит со своей кузиной Таней-проституткой. А после преждевременной и загадочной смерти князя Алеши поползли слухи, что Лиля и Таня притравили Алешу, чтобы он не мешал им жить в лесбийском союзе. Потому, дескать, они и стали партнерами в области проституции: Таня стала президентом, а Лиля вице-президентом "Агентства моделей", где 10% заработков идет от моделирования, а 90% – от проституции.
Кстати, холодная статистика говорит, что среди проституток 75% лесбиянок. Или почитайте "Яму" нашего классика Куприна, где он описывает проституцию. А его дочь Ксения была красавицей, старой девой – и лесбиянкой. Не удивляйтесь, потому в Библии и говорится: имя мое легион, потому что нас много (Марк 5:8-9).
Если кого-нибудь интересуют последние новости в области проституции, звоните по телефону баронессе-бандерше Лиле – (516) 671-4524. И не забывайте, что она теперь вице-президент в этом бизнесе.
Если кто-нибудь вздумает критиковать меня за то, что я описываю моих бывших друзей и знакомых, то в свое оправдание я могу сказать, что этим же занимался великий Данте. В своей "Божественной комедии" он засунул в ад и чистилище всех своих врагов, недоброжелателей и фальшивых друзей. Потому что для писателей-бумагомарателей есть неумолимый закон: чтобы литературные герои жили, их нужно списывать с жизни.
Кроме того, современники обвиняли Данте, что у него вульгарный народный язык. И меня тоже могут обвинять в этом. Но как описать человеческие грехи, если их суть уже давно отражена народом во всех непечатных ругательствах и нецензурных выражениях?
В заключение я хочу сказать, что я немножко устал от этой неблагодарной охоты за библейским "зверем" и "числом зверя", хотя это и обещает мудрость в последней инстанции. Поэтому я сделаю некоторый перерыв и займусь какими-нибудь более приятными воспоминаниями.
Да и читатель, вероятно, нуждается в отдыхе. Уж слишком печальны все эти житейские истории, где люди пытались обмануть Господа Бога – и кончалось это плохо. В результате получается юдоль печали, где хозяйничает библейский "зверь". Это зверь с рогами, хвостом и копытами, которого называют также чертом.
И недаром говорят, что не рисуй черта на стенке, иначе он и в самом деле появится. Так вот у меня и получилось. Написал я книжки, где дергал за хвост дьявола дегенерации. И видите, что получилось? Да, я приобрел своего рода мудрость, но за это пришлось дорого заплатить. Но я надеюсь, что эта моя мудрость, печальная мудрость, поможет некоторым людям идти по жизни более уверенно и не делать неисправимых ошибок. Ибо Бог долго ждет, но больно бьет. Если кто не верит этому, то посмотрите на баронессу Лилю.
Звонит мне как-то вечером читатель из Сан-Франциско, благодарит за книги, рассказывает о себе (он – нейрохирург) и в конце разговора спрашивает меня:
– Григорий Петрович, а вы сейчас что-нибудь пишете?
– Да нет, ничего не пишу, – отвечаю я ему.
– Почему же?
– Да, знаете, у меня, похоже, синдром хронической усталости.
– Это у вас сглаз, вас сглазили! – говорит мне этот нейрохирург, причём уверенным таким тоном.
