Помню, когда моя жена сошла с ума, сижу я в ее доме в Содомкино, играю с моим приемным сынишкой Андрюшкой. Вдруг появляются две дефективные дочки Миры Иодко, будущие матушки. Во-первых, они со мной не здороваются, а потом они на меня косятся с опаской, как на черта или антихриста. Это они напрямик с Богом разговаривают, и Бог говорит им, что делать – плодить побольше дефективных детей. Вот вам и поганки в жизни. А если оглянетесь кругом, то увидите и "ведьмин круг".
Но богословы говорят, что у дьявола масса алиби и инкогнито. Что это такое? А вот смотрите сами. Мне сообщают, что Мира Иодко полетела в Иерусалим и торчит там целый месяц, бродит по всем святым местам.
Потом читаю я в монархической прессе, что Марианна Михайловна Иодко привезла из США в Аргентину и показывала там какой-то "церковно-патриотический фильм" ("Русская газета" в Буэнос-Айресе за декабрь 1985 года, стр.4).
В Содомкино говорят, что Мира опять полетела в Италию и Иерусалим, но за счет какой-то пожилой русской пары, где Мира функционирует в качестве гида по Святой земле. Миру считают в Содомкино "великим комбинатором", так как все ее комбинации получаются в ее пользу. Потом в монархической газете "Наша страна" в Аргентине от 17.04.81 появилась явно кликушеская статья Миры Иодко. А кликушество – это психическая болезнь. А я сижу себе и регистрирую все это в мою картотеку. Ведь я теперь не романчики пишу, а проверяю святого Иоанна Богослова.
Когда Сережке Генебарту стукнуло 84 года, он звонит мне и сообщает последние новости. Во-первых, у о. Митрофана умерла жена, после этого он перешел в монашество и таким образом стал епископом Бостонским. Во-вторых, Юра Иодко решил исповедоваться перед епископом Митрофаном и признался ему, что он, Юра Иодко, есть полуеврей, его отец из литовских евреев, потому и такая странная фамилия – Иодко. Затем Юра признался* что его жена Мира – чистокровная еврейка, хотя ее и обменяли на бутылку водки.
Но самое главное, Юра Иодко признался, что его лучший друг Сережка Генебарт – тоже полуеврей, что Сережке очень не нравится и что он считает предательством со стороны Юры Иодко.
Под конец жизни Юра и Мира Иодко продали свой дом в Гоморкино, что рядом с Содомкино, и перебрались рядом с монастырем в Джорданвилле, это своего рода святое место в штате Нью-Йорк. Так исполнилось их давнишнее тяготение к монастырской жизни.
Там Мира Иодко, чистокровная еврейка, если верить ее мужу, и закончила свои земные странствования. А Юра Иодко, хотя ему и было уже за 70 лет, немедленно женился повторно. Хотя по церковным правилам полагается подождать один год траура. Самое интересное то, на ком же он женился в свои 70 лет?! Он женился на американской еврейке! Голос еврейской крови оказался сильнее всего другого.
Поскольку Мира Иодко клюнула на ядовитую формулу моей помешанной жены: "Он меня считает дегенераткой – И ТЕБЯ ТОЖЕ!" – этим самым она мне собственноручно призналась, кто она такая – дегенератка!
А это то самое "число зверя", которое есть "число человеческое" и которое обещает библейскую мудрость. Так оно и есть.
Кстати, насчет епископа Митрофана из церкви "Спаса-на-грехах". У него была жена и две дочки. И еще у него была сестра, которая всю жизнь была старой девой, занималась йогой, стояла на голове и на трех точках, а закончила свою жизнь в сумасшедшем доме. А епископу Митрофану это, конечно, неудобно, и он говорит, что его сестра уехала в Польшу. Но это обычная история. Про мою сумасшедшую жену тоже говорят, что она уехала в Европу.
У Глеба Гашурова прекрасный дом около Уайтстоун Бридж. На первом этаже живет он сам с женой и двумя детьми. На втором этаже живут родители его жены, а на третьем этаже – родители самого Глеба. Хорошая дружная семья.
Глеб – доктор химии, делал доктора в Америке, для этого нужно иметь хорошую голову и долго учиться. У него очень миленькая жена Вероника, 17-летняя дочка Ирусенька и 14-летний сын Андрей. Милейшие люди, с которыми я и моя Киса были в прекрасных отношениях.
Но потом моя Киса рехнулась, обзванивает всех знакомых и говорит: "Я не могу с Гришей жить, так как он всех считает дегенератами. Он меня считает дегенераткой – И ТЕБЯ ТОЖЕ!". В результате Гашуровы порвали со мной все отношения. Но одновременно, таким образом, Глеб признался мне, что у него не все в порядке с этим щекотливым вопросом. Хотя я ничего не замечал, не думал и, конечно, не говорил. Похоже, что Глеб стал жертвой провокации моей психически больной Кисы.
