– Ирусенька говорит, что этот священник "не может".
– А ты знаешь, что это означает? – говорю я. – Священник не имеет права разводиться и жениться вторично. Он должен или перейти в монахи, или же вообще уйти из священников. Это означает, что Ирусенька испортила человеку жизнь.
Чтобы привести беглую матушку в христианскую веру, родители посадили Ирусеньку в самолет и полетели в Россию, там они таскали ее по всем святым местам вокруг Москвы, крестились и молились, чтобы Господь Бог вразумил их непутевую дочку.
Когда они вернулись в Нью-Йорк, я был у Гашуровых и даже беседовал с Ирусенькой. Выглядела она очень хорошо, просто красивая молодая женщина. Но тут я в первый раз заметил у нее маленький дефект: она была косенькая. А это очень дурная примета, означающая "дурной глаз", который сулит всякие несчастья.
В конце концов, Ирусеньку уговорили, чтобы она вернулась к мужу в Австралию. Но спустя несколько месяцев она вторично бросила мужа и вернулась к родителям. И живет себе там как ни в чем не бывало. Проходит год, и Ирусенька рожает родителям внучку. Но по времени видно, что это ребенок не от мужа в Австралии, а неизвестно от кого в Нью-Йорке. Внучку назвали в честь бабушки Вероникой, или сокращенно Никой. Маленькую Нику сунули на колени бабушке – и дело об отцовстве замяли.
Тем временем подрос сын Андрей, и начались новые неприятности: выясняется, что он не хочет ни учиться, ни работать. Учился в колледже и бросил. Работал в библиотеке, и выгнали. Сидит весь день, скрестив ноги на диване, и играет на гитаре. А у папы от всего этого начинаются головные боли и депрессии. Ведь у сына началось то, что психиатры называют комплексом Обломова. Ведь сочинитель Гончаров своего Обломова не из пальца высосал, а списал с жизни. Чтобы литературные герои жили, их нужно списывать с жизни.
А виной всему этому отец Вероники – Дмитрий Федорович Левицкий. По профессии он инженер, но одновременно он руководитель кружка теософов в Нью-Йорке. А это, говорят, предбанник масонства. И еще говорят, что масонство попахивает сатанизмом. Так или иначе, но это дело запутанное и темное.
А в Библии, да еще в таком серьезном месте, как "Второзаконие", Пятая книга Моисеева, на эту тему говорится очень неодобрительно: "Не должен находиться у тебя… прорицатель, гадатель, чародей, обаятель, вызывающий духов, волшебник… Ибо мерзок пред Господом всякий, делающий это…" (Втор. 18:10-12). В наше время это относится к теософам, антропософам и прочим искателям святости.
Кроме того, хотя об этом помалкивают, но у Дмитрия Федоровича фамилия-то говорит сама за себя: Левицкий – Левин – Леви. В общем, левиты. А это означает, что Дмитрий Федорович из евреев-выкрестов.
Его жену зовут Тамара. Но случайно читаю я в нашем "Новом русском слове" список пожертвований в Литфонд, и в том числе "25 долларов – от Эстер и Дмитрия Левицких" (НРС – 30.11.1984). Была Тамара, а тут вдруг стала Эстер?! Чудеса! Значит, у Вероники и папа, и мама – евреи. А это означает, что Ирусенька, беглая матушка, полуеврейка. Вот вам и разгадка всех этих загадок и странностей в семье Глеба Гашурова.
Как-то я позвонил Глебу, но чувствую, что мой звонок ему неприятен, и он оборвал наш разговор под каким-то чепуховым предлогом. У него и без меня своих неприятностей хватает.
