Когда мы только познакомились, Аллочка Майковская говорила, что по "Святцам" она вроде святая жена. В первый раз она пришла ко мне на квартиру в октябре 1955 года, когда я только приехал в Америку. Было жаркое и душное бабье лето.
– Ф-у-у, сегодня такая жарища, что я даже трусы не надела, – говорит моя гостья.
– Так пойдем сразу в постель.
– Нет, нет, не сегодня, – говорит Аллочка. – В следующий раз. Иначе вы обо мне плохо подумаете.
В следующий раз она без напоминания разделась и легла в постель. Просто и без капризов. Тут надо учитывать, что я обязательно хотел русскую жену. Кроме того, я только что обжегся с Наташей Мейер, которая уверяла, что она дворянка, а оказалось – лесбиянка. Поэтому простодушие Аллочки Майковской мне понравилось.
Да и что нужно холостяку в 37 лет? Аллочка была хорошенькая, миленькая, веселенькая, добренькая. И фигурка хорошая. Кроме того, студентка Нью-Йорк Сити Колледжа, перешла на второй курс, значит, не глупая. Да и молоденькая, что тоже плюс.
Аллочка была похожа на ласкового котенка, который ласкается к людям, и вероятно поэтому я стал называть ее Кисой. Будем называть ее так и в дальнейшем. Незаметно прошел год. Подходит мой день рождения – 26 сентября. И моя Киса делает мне трогательный подарок: будучи бедной студенткой, она идет в самый роскошный магазин "Аберкромби энд Фитч" и покупает там великолепный свитер, ручной вязки из Дании, который стоит 40 долларов.
По тем временам это было очень дорого. Тогда, помимо учебы в Колледже, она немножко подрабатывала в Центральной библиотеке – по 4 часа два раза в неделю, за что платили минимум – 50 центов в час. То есть зарабатывала она 4 доллара в неделю. А чтобы заплатить 40 долларов, она должна была работать 10 недель, или 2.5 месяца. И все это время таскаться по нью-йоркскому метро, что малоприятно.
Конечно, это очень трогательно. Скажем прямо, доброта и великодушие необычайные. К тому же, этот роскошный свитер был мне совершенно не нужен, он пролежал у меня без дела 40 лет, и затем я подарил его знакомым в России.
Только позже я понял эту необычную историю со свитером, для этого нужно знать философию Бердяева, который проповедовал про доброе зло и злое добро, то есть садизм и мазохизм. Доброта Аллочки Майковской была не простая, а болезненная, это было доброе зло, то есть мазохизм. Если моя невеста Наташа Мейер оказалась лесбиянкой и явной садисткой, то моя следующая невеста Аллочка Майковская оказалась подавленной мазохисткой. Основная формула здесь такая: мазохист ищет свое счастье в несчастье. И понять это довольно трудно.
Вы подумаете, что садизм хуже мазохизма. А вот специалисты-психологи говорят наоборот, что мазохизм хуже, так как он глубже прячется. Так, некоторые психиатры говорят, что Гитлер был мазохистом высшего порядка.
Но плюнем на Гитлера и вернемся к нашей Аллочке Майковской. Я не хочу описывать те мазохистские концерты, которые она мне потом устраивала. Психологи говорят, что если мазохистка выйдет замуж за богатого банкира, то она этого банкира разорит так, что банкир выпрыгнет из своего банка в окно и разобьется. Но, должен сказать, что первые три года, пока мы были вроде женихом и невестой, моя Киса была как шелковая. Мазохистские концерты начались позже, когда мы зарегистрировали наш брак, а Киса еще и захотела венчаться в церкви, чтобы этот брак был покрепче. Вот тогда Киса и показала свои мазохистские зубки, или, вернее, слезки. Но об этом поговорим позже.
Должен сказать, что я уже описывал мою Кису. Но тогда я наговаривал этот материал перед видеокамерой, где трудно говорить на столь деликатную и щекотливую тему, как интимный психоанализ собственной жены, где трудно различать хорошие и плохие качества в душе человека. Если мы прожили вместе 24 года, значит, она была неплохим человеком. Но из этих 24 лет 21 год она была, можно сказать, хорошим человеком, или святой женой, – нас даже считали идеальной парой, однако последние 3 года и конец были очень плохими. Вот мы и попытаемся разобраться в этой путанице более подробно, где начинается доброе зло и где появляется злое добро.
Для точности скажу, что мой первый очерк на эту тему называется "Ключи Бабьего Яра", это 12-я глава из моей книги "Божий народ". Видите, в какие дебри мы сразу попадаем? Писать на эту тему – это как витязь на распутье и надпись на камне: "Налево пойдешь – коня потеряешь. Направо пойдешь – голову потеряешь. Прямо пойдешь – и коня, и голову потеряешь". Дело в том, что во времена Бабьего Яра начальником полиции города Киева был Вадим Майковский, дядя Аллочки Майковской.
На этот раз, когда меня не подгоняет видеокамера, я буду описывать мою Кису так, как описывает своих пациентов профессор Абрам Моисеевич Свядощ-Брум, психиатр-сексопатолог, автор хорошей книги "Женская сексопатология", издательство "Медицина", Москва, 1974,
