– Невозможно предугадать даже поединок двух мастеров, будь-то мечники или маги, высокочтимый Кассиафат. Война – самое непредсказуемое из явлений. Каждый бой полон непредвиденных сюрпризов, случайностей, произвола судьбы. Вам доводилось видеть схватку белого единорога и чёрного дракона? Любой скажет, что все шансы на стороне дракона: огненное дыхание, крылья, мощные челюсти, когти, усеянный шипами хвост, естественная магия, наконец. Но тот, кто знает повадки белых единорогов, не станет делать поспешных выводов. Дракон силён, но единорог проворен. Дракон огромен, но это преимущество может оказаться и слабостью, если схватка произойдёт в лесу. И что самое главное – дракон просто добывает себе пищу, а единорог борется за жизнь.
– Интересная аналогия. Жаль, что тех и других осталось так мало, – проговорил архимаг Кассиафат. – Но как по мне, Сильвира больше напоминает не белого единорога, а пятнистого барса, который, кстати, украшает её знамёна.
– А хищные кошки, как ведомо, ваше пристрастие, высокочтимый архимаг. Могу ли я позволить себе заключить, что в этой войне вы симпатизируете Сильвире?
– Я симпатизирую тому, кто побеждает, почтенный спиромаг. Победит Хадамарт – я вынесу на совет Мелиса предложение перейти под протекторат новой Амархтонской Империи, пока нам не навязали силой более унизительные условия. Победит Сильвира – предложу развивать дружеские отношения с Южным Оплотом, вплоть до союза. Вот и весь подход, почтенный Хоркис.
– Философия серой магии. Вечный нейтралитет, подразумевающий лояльность к сильнейшему.
– Верно. Потому Гильдия серых магов и держится столько лет. В отличие от Тёмного Круга, который всегда занимал лишь одну сторону конфликта. Или Жёлтого Змея, который ныне на грани исчезновения… Если, конечно, ты не заменишь его бесславно павшего главу.
– Пока что никто мне не предлагал эту почётную должность, – ответил спиромаг, едко скривив губы на слове «почётную». – Лично у меня желания нет. Под влиянием своего тайного главы они там помешались на миротворцах и идее возрождения Проклятия, которое якобы поможет им черпать силу Акафарты без посредничества некромантов. Впрочем, вы должны лучше меня это знать, поскольку были более тесно связаны с Асамаром.
– Связаться с ним было моей самой большой глупостью за последние двадцать лет, – признался архимаг. – Надо было разорвать с ним все дела сразу же после той бойни, которую учинил его некромант в Мелисе. Э-эх, бедная моя Эльмика! Знаешь, Хоркис, я даже благодарен Седьмому за Асамара. Без своего главы маги Жёлтого Змея будут вынуждены поубавить свои претензии на господство в крае, а может, и вовсе перессорятся и разойдутся, чего я им, честно признаюсь, всей душой желаю. Глупцы и фанатики. Всё живое стремится сохранить свою самость, а они готовы принести её в жертву ради слепой силы…
Спиромаг Хоркис нахмурился, глянув вниз.
– Открывают врата. Сейчас начнётся самое интересное.
– Сможешь ощутить их ауру?
– Попробую.
С минуту маги стояли молча. Спиромаг глубоко втягивал воздух носом, то открывая, то закрывая глаза. Архимаг же был погружён в безмолвную неподвижную медитацию.
Наконец Хоркис выдохнул:
– Неодолимость. Отчаяние. Люди Сильвиры напуганы. Какое-то время они будут храбриться, но многие побегут, когда убедятся в безнадёжности сражения. В их сердцах – скрытое ощущение бессмысленности всех жертв.
– А что сама Сильвира?
– Вот она-то меня и смущает. Ничего невозможно ощутить. Она прочно закрыла свою душу и разум от наблюдения. Как бронёй запечатала.
– Значит ли это, что у неё в запасе имеется какой-то хитрый план?
– Возможно. А возможно она попросту пытается уверить в этом врага.
***
Тяжёлые створки Западных врат медленно отворялись, открывая взорам зловещую равнину, окутанную багровой дымкой. Над даймонскими ратями стояла тишина смерти – предвкушение небывалого тёмного пиршества.
Но нет времени глядеть и ужасаться. Громко вострубил рожок Автолика, и глава вольных стрелков первым устремился в разверзающиеся врата, увлекая за собой весь тысячный стрелковый корпус. Происходило невиданное в истории Каллирои: вольные стрелки вели в бой королевских лучников. Выбегая из ворот, воины стремительно разделялись на два отряда. Автолик, громко трубя, вёл стрелков на правый фланг – ближе к Драконовым скалам, Иолас – на левый, к Меликертской гряде. Минут на пять воцарилась суета и неразбериха, пока лучники и прикрывающие их щитоносцы выстраивались в ровные боевые порядки.
Армия Хадамарта зашевелилась. Враг пока ничего не предпринимал, прежде всего, стараясь понять тактику Сильвиры. Даймоны выровнялись, первые их ряды подняли непроходимый лес пик, но с места не сдвинулись.
Рожок Автолика издал три коротких трели. Разделённый стрелковый корпус продвинулся немного вперёд, не разрывая построения. До легионов оставался один прицельный залп из луков – ни больше, ни меньше. Опытный глаз Автолика мгновенно высчитал траекторию полёта стрелы, силу ветра и некое преимущество, которое давал его людям небольшой наклон.
