Два даймонских легиона сдавливали доблестную штурмовую когорту с двух сторон, раскалывая её, как очень крепкий, но всё-таки уязвимый орех. Властители тьмы не считались с потерями, когда речь шла о таких опасных врагах, на которых не действуют страх и обольщение. Направляемые силой Хадамарта даймоны лезли на копья, падали, предсмертно ревя, вокруг искривлённой фаланги воинов Варрея росли курганы трупов, но сила навалы не уменьшалась.
Когда войско Тибиуса с треском ударило в центр, оттуда вырвались последние орденские рыцари, с обезумевшими лицами уносясь прочь. Даймоны мгновенно прекратили натиск, Панцирный легион застыл, как неприступная стена, копья южных копейщиков бессильно заколотили по железной броне. Единственное, что удалось Тибиусу, так это спасти Третью когорту, аккуратно обойдя её с флангов и влив в свои ряды.
– Варрей, что происходит?! – прокричал архистратег, сквозь шум и грохот непрекращающейся битвы. – Где королева?
Залитая кровью рука военачальника указала вперёд – на клубящийся в красном зареве огненный шар.
– Надо прорываться к ней! – вскричал Тибиус. – А ну, братцы, навались, дружнее, коли их в прорези шлемов, бей по ногам, тесни, тесни!
Но тщетно посылал он бойцов на железные пики ренгарков. Элитные воины тьмы отражали все атаки, как неприступный бастион отражает натиск слабовооружённого ополчения. Глядя на то, как бессильно бросаются и отлетают назад воины его когорт, Тибиус похолодел, поняв, в какую ловушку угодила Сильвира и две-три сотни рыцарей, прорвавшиеся вместе с нею.
Пропустив королеву сквозь жернова Панцирного легиона, Хадамарт наглухо закрыл за ней дорогу для её армии. Ловушка сработала без чрезмерных усилий. Южная владычица в западне.
***
Королева бесстрастно выслушала посыльного, молча глянув назад. Панцирный легион сумел перестроиться, выставив железные пики по обе стороны, готовый отражать натиск и когорт Тибиуса с одной стороны и конницы королевы с другой. Впереди, вокруг огненного шара выстроились лучшие силы Хадамарта – Легион Смерти. С Сильвирой же оставалась всего сотня лучших рыцарей королевства, да сотни полторы других тяжёлых всадников.
– Надо прорываться назад, владычица! Здесь мы обречены! – не удержался посыльный, хотя давать советы было не в его праве.
Королева поглядела в его испуганные глаза и чуть улыбнулась. Она чувствовала, что испытывает в эту минуту не только этот белобрысый юноша, но и все рыцари, окружавшие её.
– Ты хорошо владеешь мечом, Аргомах?
– Я обучался у самого Калигана, – с гордостью ответил тот.
– Тогда готовься: мы идём в атаку, – меч королевы указал на окутанный заревом Легион Смерти. – Слушайте все! Что с вами происходит, собратья по войне? Не для того мы прорывались сюда, теряя друзей, чтобы обратиться в бегство при первой опасности! О каком прорыве назад вы помышляете, собратья? Мы у цели! В одном ударе клинка от головы Хадамарта! От чего вы хотите спастись? От собственной отваги? От чести? От доблести? Встретиться на поле боя с самим Хадамартом – да наши отцы и не мечтали о такой удаче! Нам выпала эта честь, неужто мы отступим из-за какого-то мелкого страшка перед смертью?
– Отбоялись уже своё! Веди нас в бой, Сильвира! – вскричал один из старых предводителей южного рыцарского ордена. – Это Падший пусть страшится потери своего бессмертия! В бой!
– В бой! Смерть Хадамарту! Вперёд! – вскричали воины. – За королеву! За Каллирою! За тех, кого любим! Во имя Спасителя!
Рыцарская конница двинулась с места, набирая скорость. Взметнулись знамёна, уцелевшие в предшествующей схватке: алые, серебристые, пурпурные, бирюзовые и лазурные – изодранные и окровавленные. Вознеслись звуки рыцарских рожков.
Падший теоит, видимо, ничуть не сомневался, что Сильвира предпочтёт безумную атаку спасительному бегству. Красное зарево вокруг шара взбурлило и рванулось вверх, вызвав у рыцарей изумлённый вздох. Тяжёлые конники ещё не успели набрать скорость, ещё не охватило их боевое неистовство, и все они как один поразились невиданным зрелищем.
Над армией Хадамарта взмыло гигантское багровое существо, подобное архихаймару с Площади Обелиска Скорби, но с огромными крыльями и вращающейся воронкой вместо ног.
Творение красных жрецов. Столетия взращиваемой ненависти, магия крови, что обрела плоть ради одного короткого мига – мига отмщения.
Тварь раскинула крылья, изрыгнула поражающий уши крик и разродилась потоком острых вытянутых капель крови, как грозовая туча разрождается ливнем.
– Берегись! Поднять щиты! – раздались испуганные голоса.
– В атаку! Не отставать! Пришпорьте коней! – куда более громким голосом возгласила Сильвира.
Разящие струи вихрем понеслись навстречу рыцарскому корпусу, но перед тем, как смерть ударила по клину благородных воителей, вперёди войска вылетела Мойрана на своей быстроногой лошадке.
Она вскрикнула. Крик её мольбы вознёсся к мутным небесам и отозвался в душах воинов. Охваченные мгновенье тому смертным ужасом, их души воспрянули.
