Амарта плавно поднялась – без единого звука. Затем взяла деревянный посох, который всё это время стоял у кресла, и протянула его на вытянутых руках Марку.
– Возьми.
Марк сжал гладкое дерево – слишком тяжёлое и толстое для обычного посоха. Через секунду Марк уже понял, что держит в руках знаменитый меч-странника, с которым путешествовал Фосферос.
– Эфай ничего мне не сказал о том, кому передать его оружие. Оставил на моё усмотрение. Я слышала, ты потерял свой Логос. Пусть же тогда меч Эфая служит тебе.
– Это оружие должно было принадлежать Никте, – вымолвил Марк.
– Я решила отдать его тебе ещё до того, как узнала о её гибели… Не знаю почему. Просто чувствую, что он должен принадлежать тебе. Эфай доверял моим чувствам. Подумай об этом. И прощай.
Мантия чародейки мелькнула в дверном проёме и исчезла, растворившись как призрак. Марк моргнул несколько раз, словно просыпаясь. Состояние было таково, что и впрямь можно было подумать, будто он говорил с призраком.
Если бы не легендарный меч странника в его руках!
Марк начал спешно собираться. Чтобы попасть в Башню Познания, ему предстояло встретиться с королевой, потому он решил одеться сообразно форме воина Первой когорты. Поверх обычной домотканой рубахи Марк одел кожаный нагрудник, а на него – кольчужную рубашку с высоким воротником, защищающим шею. Голову его покрывал круглый кожаный шлем, скреплённый железными полосками и застёгивающийся под подбородком ремешком. На ноги он натянул крепкие кожаные штаны с широким металлическим поясом и набедренниками, а на плечи накинул жёсткий ворсяной плащ с эмблемой когорты Мегория на спине. Нетяжёлые и относительно надёжные доспехи, в которых незазорно и во дворец явиться. Свой обычный обоюдоострый меч, полученный вместо утраченного Логоса, Марк повесил на пояс, а меч-странника, продев в едва заметные дужки ремешок, закинул за спину.
У ворот форта его окликнул один из стражников.
– Куда собрался, Маркос? Отбой через час.
– В Аргос! – резко ответил Марк с такой решимостью, что стражники расступились.
Едва отойдя от ворот, он услышал за спиной лёгкие быстрые шаги. Сердце замерло. И прежде чем он обернулся, внутренность его обожгло дивным волшебным огнём.
– Маркос, – прошептала Лейна, нерешительно остановившись рядом с ним. – Наконец-то ты вышел из своего заточения… Маркос, – она смотрела на него с нежностью и тревогой в глазах. – Маркос, что бы ты ни задумал, я пойду с тобой! – она вдруг вгляделась в его лицо. – Твои глаза, Маркос. Они изменились после гибели Никты. Что с тобой происходит, Маркос?
Марк снял шлем. Затем поднял руку, коснувшись пальцами её влажной раскрасневшейся щеки.
– Ты плакала? – тихо спросил он. И вдруг, сам не ожидая того, крепко её обнял, прижимая к себе.
Она всхлипнула и вздрогнула всем телом, вскинула руки, и они несмело легли на плечи Марка. А он стоял, вдыхая душистый аромат её волос. В Амархтоне нет таких запахов. Наверное, она привезла из сельвы хвойный бальзам, не перенося запаха здешнего мыла. Воительница. Ученица знаменитой Школы рыцарей юга. Прижимая её к груди, ощущая пульсирующую энергию её чувств, Марк видел в ней сейчас только девушку – нежную, хрупкую, беззащитную, верящую ему и доверяющую ему свою жизнь. Он знал, что отныне не оставит её одну – он будет защищать и оберегать её, кем бы ни был его враг.
Он стоял, закрыв глаза, наслаждаясь уносящимися секундами, не пытаясь собраться с мыслями и сказать всё, что должен был сказать давным-давно…
Наконец он решился. Мягко отринул её от себя и глянул в чистые, немного испуганные глаза, глядящие на него теперь с неким удивлением. Или, быть может, никакое это не удивление, и всё дело лишь в необычном изгибе её бровей?
– Спасибо, Лейна, – произнёс он, чувствуя, что улыбается.
– За что? – нет, всё-таки это было удивление!
– Не знаю. Может быть, за то, что ты здесь. Что не уехала в сельву… За то, что вдохновляешь меня стать лучше, чем я есть.
В глазах её вспыхнули огоньки, щёки зарделись.
– Это очень приятно… Но почему ты мне это говоришь?
– Не знаю. Просто, когда я встретил тебя… ещё тогда, в Спящей сельве… с тех пор меня не покидает чувство благодарности тебе.
– Ещё тогда?.. Почему же ты не говорил ничего раньше? – голос её задрожал.
– И этого я не знаю. Наверное, я понял это только что. Если бы я всё понимал тогда… – Марк смотрел ей в глаза, переживая мимолётные мгновения прошлых чувств, какие он испытывал во время встреч с этой девушкой в сельве. – Я полюбил тебя ещё в тот миг, когда впервые увидел в лесном городке. Измученный, больной… я увидел, что рядом со мной девушка, которую я люблю и буду любить до конца. Я почувствовал это… но не понял, не осознал.
– Почему же не сказал потом?
