Коренные жители сим весьма мало занимаются, и означенные плоды и растения получают от европейцев, особенно от англичан, покупая дорогой ценой. Бразильцы более пекутся о размножении плантаций кофейных, сахарных. Посаженные кофейные деревья на четвертом году приносят плод, и каждое такое дерево круглым числом в год доставляет франк или рубль.
Плантации кофейные расположены на косогорах и обрабатываются неграми. На каждые три тысячи дерев полагают одного негра. Сии невольники питаются маниоком, бобами, сушеным мясом; платье получают весьма редко.
Вице-консул Кильхен доставил нам случай видеть путешественниками превозносимый водопад в шестнадцати милях от Рио-де-Жанейро. С утра верховые лошади и кареты были приготовлены; собрались все офицеры и ученые и несколько из городских жителей. Мы ехали весьма весело, то по обработанным прекрасным местам, то по крутым лесистым горам, имея иногда с одной стороны горы, а с другой – пропасти. За 5 или 6 миль до водопада далее ехать по крутой и худой дороге в каретах было невозможно, почему и надлежало идти пешком. Сильная жара и трудность спускаться и всходить с горы на гору нас утомили; наконец все в разное время, один за другим, так сказать, притащились к трактиру в полмили от водопада; освежась лимонадом, мы пошли вместе узкой тропинкой, ведущей по косогору к водопаду, шум которого слышен был уже издалека.
Появление самого водопада, скрывавшегося от глаз наших, доколе мы к нему не приблизились, быстро бегущие воды по крутым порогам в разных направлениях между большими каменьями на пространстве восьмидесяти футов и, наконец, стремительное падение их в обширную равнину, по которой, извиваясь, теряются в неизмеримом океане, вдали синеющем, – все сие поразило наши чувства тем сильнее, что высокие горы, с обеих сторон водопада вздымающиеся, препятствуют зрению видеть другие предметы; на одной из скал и на плите, вместо стола служащей, во множестве начертаны имена посещавших сие место, между которыми мы нашли наших соотечественников – капитана Головнина и других офицеров, и начертали имена свои.
Заказанный вице-консулом Кильхеном и к водопаду на плечах негров доставленный обед особенно был вкусен после усталости. Между тем художник Карнеев, живописец отряда капитан-лейтенанта Васильева, снял вид водопада.
На обратном пути мы часто отставали друг от друга, потому что некоторые были верхом, а другие решились пройти сию трудную дорогу пешком. Я ехал верхом, а лейтенант Лазарев хотел непременно идти пешком, и за то, когда надлежало подыматься на гору, он принужден был держаться за хвост моей лошади, дабы взойти с меньшим трудом.
Пройдя пять или шесть миль, сели в кареты, доехали до города, где ожидали нас катера, и мы отправились на шлюпы.
Подобные поклоны я видел, когда был на судне «Надежда» в Нагасаки в 1804 году. Японцы привели чиновников голландской фактории и двух капитанов судов на «Надежду» и по приходе в каюту сказали им: «Complement for de grote Herr»[66]. После чего они поклонились в пояс японскому офицеру. Находясь довольно долгое время в сем положении, один из них, доктор фактории, спросил у переводчика: «Kanik up?» («Могу ли подняться?»). Переводчик кивнул головой в знак согласия, и все выпрямились.
Кратковременное наше пребывание в Рио-де-Жанейро, большие на шлюпах приготовления к новому походу, незнание природного здешнего языка не позволяли мне сделать подробных замечаний, и я упомянул только о том, что нам случилось видеть.
Сего же дня с Крысьего острова перевезены обратно на шлюпы хронометры.
№ 922 хронометр Баррода был впереди среднего полудня, 2 ч 40 мин 14,35 с, и ежедневно отставал на 7,487 с.
