Исследования Крафта-Эбинга и других ученых в этой области способствовали проявлению к ней большого интереса, охватившего вскоре широкую публику, которая, как уже упоминалось, не испытывала недостатка в романах на сексуальную тему. Вопреки устоявшемуся в наше время мнению о том, что рассматриваемая эпоха отличалась полным невежеством в области сексуальных отношений, на континенте не существовало никаких ограничений публикации, распространения и допуска к подобной литературе. В это же время появляется большое количество сочинений научно-популярного характера на тему сексуальных отношений. В Германии, например, бестселлером стала книга Бельше «Любовные отношения в природе», представляющая собой подробное описание процесса репродукции у животных во всем его многообразии.150 Правда, подобный наплыв литературы на сексуальные темы породил, соответственно, возрастающую волну критики, однако следует отметить, что настоящую причину появления подобной критики в наши дни зачастую понимают неправильно. Мориц Бенедикт вспоминает, что когда вышла в свет работа Крафт-Эбинга «Половая психопатия», ему пришлось уговаривать совет Британской медико-психологической ассоциации не лишать автора его почетного звания члена ассоциации.151 Претензии, предъявленные к Крафт-Эбингу, состояли не в том, что он опубликовал эту книгу, а в том, что на ее продажу не были наложены ограничения. Бенедикт, однако, заметил, что «в наши дни ученицы высшей школы гораздо более осведомлены в вопросах сексуальных извращений, чем мы в начале нашей врачебной карьеры». Бенедикт добавляет, что итальянский профессор Мантегазза опубликовал книгу, посвященную сексуальным отношениям, которая также стала бестселлером и была переведена на несколько иностранных языков, при этом профессор оправдывал себя тем, что его жалование слишком незначительно, и ему приходится искать дополнительные источники дохода. Безусловно, границу, где заканчивалась популяризация научных идей и начиналась откровенная порнография, было всегда трудно определить. Другое обстоятельство, вызывавшее неприязнь Бенедикта и других ученых к новоявленным «сексологам», заключалось в том, что последние придали сексуальным извращениям некую «романтическую» окраску. Если в предыдущие годы к извращенцам относились как к преступникам, то теперь их изображали как мучеников, которым приходилось выносить немыслимые страдания. В этом отношении следует также отметить, что иногда было нелегко отличить сочинения профессиональных ученых от сочинений людей с сексуальными отклонениями, защищавшими свою точку зрения.
В те времена широко обсуждался вопрос о том, являются ли сексуальные отклонения врожденными или приобретенными заболеваниями. В этом случае также можно заметить расхождение взглядов ученых в зависимости от их поля деятельности. Для преподающих врачей проблема выглядела довольно просто: они считали гомосексуализм почти естественным следствием неких неблагоприятных обстоятельств, в которые попадали подростки или молодые мужчины. То же самое можно было отнести к отношениям в армии, на флоте и в тюрьмах. Крафт-Эбинг, однако, будучи судебным экспертом, который в своей работе сталкивался с самыми жестокими случаями сексуальных извращений и к тому же находился под влиянием теории дегенерации Мореля и Маньяна, был склонен рассматривать даже наиболее отталкивающие из сексуальных извращений как имеющие конституциональное происхождение. Эту точку зрения на первых порах разделяли многие психиатры, однако мнение о том, что сексуальные извращения являются следствием причин психологического характера, также находило своих сторонников. Во многих случаях возникновение сексуального извращения можно было проследить до определенного момента в детстве. Руссо задолго до этого писал о том, что порка, которую он получил от молодой женщины в возрасте восьми лет, положила начало его половому отклонению. Бине, не отрицавший роли изначальной предрасположенности, отмечал, что в жизни его пациентов-фетишистов были события, которые определили характер их сексуального извращения. В 1894 году Фере рассказал о двух женщинах, ставших в раннем детстве объектом сексуальных ласк домашних слуг, что, однако, не вызвало немедленного эффекта, но позднее в жизни под давлением стрессовых обстоятельств их извращение все-таки проявилось.152 Фере полагал, что схожая ситуация может возникнуть при сексуальном совращении маленьких детей. В 1901 году Молл отметил опасность телесных наказаний детей, предупреждая о том, что это может стать причиной сексуальной стимуляции у учителя, наблюдающих эти сцены учеников и, особенно, у самого провинившегося ребенка, так как на него это может произвести впечатление, которое сохранится в его сознании на всю жизнь.153
