У Юнга были хорошие способности к языкам. Помимо классического немецкого и базельского диалекта, которым он пользовался в повседневной речи, Юнг прекрасно говорил по-французски. Английскому он выучился несколько позже и владел им вполне сносно, хотя ему так и не удалось избавиться от своего швейцарско-немецкого акцента. Он был знатоком латинского и довольно хорошо знал греческий, но, в отличие от своего отца, не знал древнееврейского. Перед тем как отправиться в Восточную Африку, он взял несколько уроков суахили в Цюрихе, но в своих беседах с туземцами полагался в основном на переводчика.
Юнгу был присущ особый талант, восхищавший многих, - умение разговаривать с представителями всех слоев общества; он одинаково непринужденно чувствовал себя, беседуя с простыми крестьянами и с людьми, занимавшими самое высокое положение в обществе (без сомнения, драгоценный дар для психотерапевта). Юнг держался того мнения, что всякому, кто хочет стать хорошим психиатром, необходимо оставить стены консультационного кабинета и поехать за границу, чтобы посетить тюрьмы и богадельни, игорные дома, бордели и таверны, прославленные салоны, фондовые биржи, социалистические митинги, церкви и сектантские собрания. В том случае, если ему удалось стать обладателем подобного опыта, он может вернуться к своим пациентам уже с возросшим пониманием своего дела. Если отбросить известную долю преувеличения, звучащую в этих словах, Юнг просто указывает на необходимость для психотерапевта дополнять свои профессиональные знания практическим знанием жизни. В кругах, близких к Юнгу, нередко высказывалось мнение, что он груб и нетерпим в отношении некоторых пациентов. Сведения о его отношении к деньгам, на первый взгляд, противоречивы; из заслуживающих доверия источников известно, что в начале двадцатых годов он требовал с пациентов за час психотерапии 50 швейцарских франков (очень высокий по тем временам гонорар в Швейцарии), однако имеются и другие сообщения, а именно, что в более поздние годы многие удивлялись мизерной плате, которую он назначал за лечение. Противоречие разрешается, если учитывать, что Юнг был необычайно искусным психотерапевтом, применявшим индивидуальный подход к каждому из своих пациентов, в соответствии с его личностью и нуждами.
— 316 —
9. Карл Густав Юнг и аналитическая психология
Юнг считал, что невозможно быть нормальным человеком, не исполняя всех своих гражданских обязанностей. Он делал особый упор на необходимости участия во всех общественных выборах, будь то выборы на уровне общины, кантона или конфедерации. Заслуживающий доверия свидетель рассказывал, что, когда Юнг был болен, он просил, чтобы его доставили к избирательным урнам на машине. Подобно многим швейцарцам, Юнг испытывал глубокий интерес к своей родословной, к своему фамильному гербу и к истории своих предков. Он гордился службой в швейцарской армии и званием капитана. Ему нравилось вспоминать различные эпизоды своей воинской службы и рассказывать о тяготах солдатской жизни в горах, которую он познал на собственном опыте во время обязательных сборов. Он любил играть со своими детьми в военные игры собственного изобретения, включавшие в себя, как правило, сооружение крепостей из камня, штурм их и оборону73.
Мы уже говорили о жене Юнга, о которой все, кто ее знал, вспоминают как о замечательной женщине. Среди великих первопроходцев динамической психиатрии Юнг - единственный, чья жена стала его ученицей, усвоила его учение и применяла на практике его психотерапевтический метод.
Возможно, самая поразительная черта личности Юнга выражалась в контрасте между свойственным ему острым восприятием реальности, с одной стороны, и тайной жизнью, включающей медитации, сновидения и парапсихологические переживания, с другой. Он был в высшей степени социализированным человеком, но он же всеми возможными способами иллюстрировал собой афоризм Гете: «Наивысшее возможное благо, дарованное смертным, — это личность». Он пошел настолько далеко, чтобы заявить, что «общества не существует, есть только индивидуумы». Но он же утверждал, что индивид не смог бы развиваться, если бы не обладал определенным запасом материальной прочности -вот почему так важно для поддержания психического здоровья быть
владельцем дома и сада.
Юнг применял эти принципы на практике, являясь владельцем дома, построенного им для себя в Кюснахте, и участвуя в гражданской и политической жизни своей коммуны. Если говорить о доме, то это был большой великолепный дом, несколько напоминающий своим стилем аристократический особняк восемнадцатого столетия, с латинскими надписями, выгравированными над парадной дверью, среди которых
[ девиз:
-317-
^
Генри Ф. Элленбергер
9. Карл Густав Юнг и аналитическая психология
