Открытие бессознательного (Том 2) полностью

Статье Фрейда предшествовала клиническая демонстрация случая волчанки гортани и неба ларингологом доктором Гроссманом. Затем Фрейд доложил Обществу, как он провел несколько месяцев в Париже с Шарко, и объяснил концепцию последнего об истерии. Шарко, как пояснил Фрейд, отличал grande histerie (с особым видом конвульсий, ге-мианестезией и другими характерными признаками) от petite hysterie. Шарко, как добавил Фрейд, по существу показал, что истерические пациенты - не симулянты, что истерия не происходит из-за расстройств половых органов, и что мужская истерия встречается гораздо чаще, чем обычно предполагают. Затем Фрейд привел случай мужской истерии, который наблюдал, находясь у Шарко. Это был молодой человек, пострадавший из-за несчастного случая на производстве и получивший после этого паралич одной руки и, кроме того, целый набор сопутствующих патологических проявлений. На основании подобных случаев Шарко был склонен к установлению тождества между большинством последствий повреждений позвоночника и мозга, произошедших в результате несчастных случаев на железной дороге, и мужской истерией.

Дискуссия была открыта профессором Розенталем, невропатологом. «Мужская истерия, - сказал он, - не является редкостью». Он сам описал два подобных случая шестнадцатью годами ранее.

Профессор Мейнерт заявил, что неоднократно наблюдал случаи эпилептических припадков и нарушений сознания после травмы, и что было бы интересно проверить, всегда ли такие случаи представляют симптомы, описанные Фрейдом.

Профессор Бамбергер, председатель, признал заслуги Шарко, но не увидел ничего нового в интересной статье Фрейда. Он сомневался в различиях, отмечаемых Шарко между grande и petite hysterie, так как наиболее серьезные случаи истерии не принадлежат к grande hysterie. Что же касается мужской истерии, то она представляет собой хорошо изученный случай, но, на основании его собственных наблюдений, Бамбергер не может согласиться с тождественностью последствий повреждения позвоночника в результате железнодорожного несчастного слу-

-36-

чая с настоящей мужской истерией, вопреки определенным подобиям в клинической картине.

Профессор Лейдесдорф заметил, что часто осматривал пациентов, у которых в результате железнодорожного несчастного случая или подобной травмы развивались органические симптомы, не имевшие ничего общего с истерией. Он не отрицал существования случаев, когда за полученным шоком следовала истерия, но предостерегал против вывода о том, что истерия является последствием травмы, так как на этой стадии невозможно оценить подлинную степень повреждений.

За статьей Фрейда последовала другая, представленная профессором Латценбергером, о наличии желчного пигмента в тканях и жидкостях при тяжелых заболеваниях животных. Профессор Бамбергер резко возразил утверждениям профессора Латценбергера. (Очевидно, холодность была принятым тоном в Обществе, и потому к Латценбергеру отнеслись ничуть не лучше, чем к Фрейду, несмотря на его профессорское звание).

Из легендарных отчетов об этом собрании может показаться, что, хотя о потрясающих открытиях, еще, не достигших Вены, Фрейд узнал в Париже (как, например, о существовании мужской истерии), выступая как посланник Шарко в обращении к венским «браминам», он вызвал к себе позорное презрение, и его сообщение отвергли. В действительности все происходило совсем иначе. Фрейд возвратился из Парижа с идеализированным представлением о Шарко. Многое из того, что он приписывал Шарко, было взглядами предшествующих ученых, и мужская истерия была известным состоянием, а истории этой болезни были опубликованы в Вене задолго до того Бенедиктом¹⁰³, Розенталем и другими¹⁰⁴. Шарко был популярен в Вене; Бенедикт навещал его каждый год. Мейнерт¹⁰⁵ пребывал с ним в дружеских отношениях, и Лейдесдорф превосходно отзывался о нем¹⁰⁶. Но медицинский мир, говорящий по-немецки, был обеспокоен новым поворотом, который приняли исследования Шарко с 1882 года. Характерно, что «Neurologisches Centralblatt» опубликовала подробный отчет о переводе Фрейдом лекций Шарко, в котором расточалась высочайшая похвала Фрейду как переводчику, но новому учению Шарко досталась острая, хотя и вежливая критика¹⁰⁷.

Из рассмотрения деятельности Общества становится очевидным, что никто не отрицал существования классической мужской истерии. Из четырех дискутировавших двое, Розенталь и Бамбергер, выразительно изложили присутствующим, что мужская истерия хорошо известна, а Лей-

-37-

Генри Ф. Элленбергер