Трофимова недоуменно приподняла бровь, заглядывая мне в глаза уже порядком охмелевшим взглядом.
- Я по поводу работы на следующий месяц, - пояснил ей на ухо, пытаясь затолкать поглубже разрушительные эмоции, учинившие в моей душе воронку торнадо.
- Конечно, нашла! - энергично кивнув, именинница моментально включилась в беседу.
Она достала телефон, принявшись деловито кликать по ссылкам, а мне только это и нужно было. Прикрытие. Ширма. Возможность перевести дух.
Продолжая на автомате поддерживать беседу, я прямо-таки почувствовал, как в комнате повеяло холодом.
Снежная Королева пришла.
Ваш верный подданный бьет челом.
Даже смотреть в ее сторону не нужно было, чтобы убедиться, однако я не мог отказать себе в мазохистском удовольствии попалить на девчонку, с которой у меня случился самый феерический в жизни секс.
Отличница даже в этом всех уделала.
Пятерочница.
Золотая медалистка.
Что тут ещё скажешь.
Проследив за любопытным взглядом Насыровой, я увидел ее раньше, чем она меня. Эх, Роза-Роза. Я перестал дышать.
Леднёва стояла у входа. Просто стояла, растерянно глядя на танцующих. Стиснув зубы, я шумно выдохнул. До чего же жестокая Кусачка была хороша.
Я даже не сразу осознал, что она плевать хотела на дресс-код.
Леднёва - это какой-то долбанный вызов моему самоконтролю. Красная кнопка. Сбой системы. Error. Похороны здравого смысла, бля**. Кровь вскипела, устремившись в область паха.
Даже в глухом черном худи и простеньких джинсах эта девчонка кутала мое тело в отчетливое возбуждение одним своим беззащитным видом, вечно недовольным выражением лица и отблеском сухого льда в ведьмовском взгляде.
Потому что знал - оно, наверняка, красное.
Белье на ней красное. Кружевное. Или прозрачное.
А может как в ту нашу бессонную ночь крохотные стринги-полосочки?
При воспоминаниях о влажных маленьких трусах моей отличницы сердце забилось как долбанный молот.
Как-то раз засветил у неё ящик с нижним бельем преимущественно красных оттенков, поэтому даже не сомневался, что скрыто под этой мешковатой одеждой.
Сука. Как же так?
Расплылся за ничтожные секунды. Даже без контрольного глаза в глаза. Только одно её грёбанное присутствие. Аура. До одури убийственный флер монаршей особы, затянутой в красные кружева.
И пиздец тебе, Леднёв. Мне стало до боли смешно.
- Макс? М-а-а-к-с?! - порывисто шептала Ленка у моего уха.
- Че? - пытаясь заякориться на ее лице.
- Мой любимый медляк! - с нажимом и явным намеком.
Я неопределённо пожал плечами, варясь в каком-то изысканном котле персонального ада, пока танцующие гости вокруг нас соединялись в парочки. Накрыло пугающей апатией.
На автомате опустил свои руки Трофимовой на талию, притягивая её ближе. Лена, томно хихикая, обвила мою шею руками, и мы, учитывая мое сомнамбулическое состояние, даже довольно слаженно задвигались.
Правда, мнимому спокойствию настал кобздец, когда рабовладелица моя голубых кровей замаячила на горизонте.
Помедлив пару мгновений, я повернул голову, и, безотчётливо вздрогнув, будто в замедленной съемке в морду летит ментовский кулак, с размаха ебнулся в мрачное предгрозовое небо ее карих глаз.
Такая нереальная она была с этими непривычно распущенными черными волосами, испепеляя меня замораживающим взглядом исподлобья.
Правда, вскоре танец подошел к концу, и Ленка утянула мою рабовладелицу к столу с напитками, в лучших традициях заботливой хозяйки вечера пытаясь ту напоить.
Судя по мимике девчонок, их «дружба» к этой минуте корчилась в предсмертной агонии.
Когда Трофимова скрылась в дверях кухни, я намеренно продолжал терзать Розу взглядом. Удивительно, но жестокая Кусачка не пасовала, выдерживая его с какой-то несвойственной ей горделивой смелостью.
А меня это только сильнее подстегивало.
Перед глазами всё ещё стояло зрелище новой понтовой тачки Игорька, из которой Розочка выпорхнула всего несколько минут назад. Так прямолинейно, что и добавить нечего.
Интересно, она сегодня с ним уже…?
Да, бля**.
Краткий кивок головы Леднёвой в сторону темного коридора.
И, мать вашу, разрыв.
Неужели «король» на пафосном рендже не удовлетворил нашу монаршую особу? Сравнила? Дай угадаю… И сравнение оказалось не в пользу Олейника. Ай-ай.
Неужели Кусачка истосковалась по своему простолюдину? Ну, хоть в чем-то я лучше… Тут сомневаться не приходилось. Уж слишком беззаветно тихушная отличница текла, царапалась и стонала в моих грязных лапах.
Пока шел за ней, широко раздувая ноздри, будто отчетливо улавливал знакомый колдовской цветочный запах. Похоже, маленькая ведьма опять что-то намудрила со своими зельями?
Хмыкнув, я вошел за ней в комнату, на инстинктах плотно закрывая дверь.
Горло саднило, будто битого стекла насыпали. Сглотнул. Жарко и остро от одного только присутствия с Королевой в замкнутом пространстве. Сердце на износ. Яйца синие.
А смог бы я её после Олейника? Прямо на этом столе?
А похер.
Коротнуло конкретно.
Гордость издохла в страшных судорогах.
Ну, или паленый коньяк.
Меня обуревала жажда сорвать с неё эти тряпки, и проверить цвет белья, а потом избавить желанную девочку и от него, прикасаясь к ней здесь и сейчас.
