Броненосец, игнорируя более близкие и могущие слегка огрызаться носовыми орудиями тральщики, сконцентрировал огонь на первом транспорте. В его более крупный, да еще и белого, а не военно-морского шарового цвета силуэт попасть было легче, и «Педер Скрам» принялся громить бывший пассажирский теплоход сразу всем бортом. Второй миноносец храбро ринулся ему навстречу, наверное, мечтая приблизиться и произвести торпедную атаку. Тральщики и оба транспорта, в том числе и расстреливаемый, положили рули «право на борт» и попытались, пользуясь преимуществом в скорости, оторваться; обогнуть северо-восточную оконечность столичного острова Зеландия, мыс Гнибен, и в несколько раз более широким проливом Каттегат двинуться на север в сторону вожделенной Норвегии (хотя, что им там теперь делать таким ослабленным составом и фактически без огневой поддержки?).
Миноносцу на удачную дистанцию для торпедной атаки приблизиться не дали. Зачем рисковать? Транспорты с десантом, хоть и более важные цели, но далеко уже не уйдут. Куда они денутся? По второму и последнему в «ословской» группе миноносцу броненосный датчанин снова ударил всей бортовой мощью, добавив еще и огонь четырех открыто стоящих на надстройке легких 75-мм пушек. Миноносец быстро потерял ход, густо зашелся жирными клубами с проблесками рыжих вспышек и, получив, в том числе и подводные пробоины, стал зарываться острым носом в волну, все сильнее погружаясь под воду.
«Педер Скрам» шел следом за улепетывающими, уже каждый сам за себя, немцами и продолжал осыпать снарядами все сильнее разгорающийся транспорт. Расстояние между ними постепенно увеличивалось, все большее количество тяжелых снарядов рвались, не причиняя теплоходу вреда, люфтваффе задерживались. Но на броненосце из-за все ухудшающейся результативности огня не переживали. Остатки немецкого каравана загоняли как диких зверей — деться им было просто не куда. Получив сигнал по радио, из-за мыса Гнибен, вышли, отрезая немцам дорогу, четыре датских миноносца; а из лежащей у кораблей кригсмарине по правому траверзу широкой бухты Сайерё-Бугт стали приближаться на дистанцию уверенной торпедной атаки на перископной глубине две подводные лодки.
На уже вовсю пылающий задний теплоход датчане торпеды тратить не стали. Первая подлодка выпустила две торпеды в еще не поврежденный транспорт, а вторая — одну в ближайший тральщик. После мощных подводных взрывов тонуть начали оба. Оставшиеся четыре тральщика, резко взяв «лево руля», попытались обойти датские миноносцы с правого борта и убежать от подводных торпедоносцев, но повернулись при этом бортами к хоть и медленно, но неумолимо приближающемуся «Педеру Скраму». И броненосец, прекратив обстрел пылающего транспорта, переключился на малотоннажные тральщики: мощные белые всплески вырастали вокруг улепетывающих на максимальных узлах кораблях. С другого борта немцев нагоняли более быстрые датские миноносцы, тоже открывшие огонь из носовых 87-мм орудий. Подводные лодки ввиду малой скорости в подводном положении в догонялках участвовать не стали. Капитану одной из них надоело ждать, когда самостоятельно пойдет на дно болтающийся неподалеку на волнах пылающий транспорт, и он, не спеша прицелившись, удачно выпустил торпеду, увеличив свой счет побед. Довольно скоро на вздымающейся невысокими волнами водной поверхности горело только широко растекшееся пятно топлива и какие-то обломки.
Два немецких тральщика были уничтожены, четыре оставшихся выбросили от безысходности белые флаги и решили сдаться. Но тут, к их радости, прилетели запоздавшие истребители Ме-109. Эскадрилья. Следом, очевидно, стоило ожидать и «юнкерсы». «Мессершмитты» разделились: одна пара принялась за чересчур толстокожий для их 4-х пулеметов винтовочного калибра броненосец, норовя подавить его открыто расположенные зенитки для безопасности своих пикировщиков, а остальные набросились на миноносцы. Датчане яростно отбивались от налетевших стервятников: задымил и стал уходить со снижением один из «сто девятых», подбитый над «Педером Скрамом»; закувыркался с перерезанным пушечной очередью крылом и с высоким всплеском вошел в черную воду другой, подстреленный влет миноносцами.
На броненосце тоже появились первые за время боя раненые и убитые, им на замену из недр корабля быстро взбежали по трапам товарищи; были потери и повреждения и на миноносцах, слегка отвлекшихся от обещавших капитулировать тральщиков. Тральщики, видя такую картину, решили повременить со сдачей: они на всякий случай, не спуская белые простыни, резко дали полный вперед, надеясь ускользнуть в стреляющей вокруг неразберихе. Но, на их беду, первый датский миноносец уже слишком близко успел к ним подобраться. Не переставая отстреливаться из 20-мм автоматов и пулеметов от атакующих на бреющем полете истребителей, он, можно даже сказать, и с облегчением, что не нужно заморачиваться возней с пленением, выпустил поочередно две торпеды.
