С подоспевшей группой на трех полуторках и четырех легковых машинах под руководством незнакомого капитана приехал и майор ГБ Колодяжный. И хорошо, что его смогли оперативно разыскать (он был с женой в Большом театре) и забрать с собой. Иначе капитан Куевда сомневался бы, можно ли доверять этому подкреплению. Колодяжный все его сомнения рассеял. Одна полуторка выгрузила стрелков еще на улице, а две подъехали к самому забору. В хвосте группы прибыли и три машины скорой помощи.
Куевда еще во дворе вкратце доложил ситуацию своему начальнику, завел в сторожку и показал изъятые документы и обезвреженного старлея. Вскоре на столе зазвонил телефон. Колодяжный поднял трубку: звонили из наружного корпуса — связь восстановили. Судя по тому, как ее нарушили, это сделал явно кто-то из своих. У чужих на местный узел доступа не было. Колодяжный позвонил в кабинет наркому и доложил подробности. Уже в конце разговора его громко перебил раненый старлей:
— Вы с товарищем Берией разговариваете? (Удивленный его не по чину поведением Колодяжный повернулся к нему и молча кивнул). — Дайте мне трубку, — слегка привстал на топчане, скривившись от боли, старлей. Это важно.
Объяснив Берии ситуацию и получив его разрешение, майор передал трубку раненому.
— Товарищ народный комиссар внутренних дел, говорит старший лейтенант госбезопасности Филимонов. Извините, но я должен удостовериться, что это действительно вы. Примерно недели две назад, точнее не помню, я встретился с вами на лестнице (вы спускались) и, отступая к стене, кое-что уронил. Что я уронил и что вы мне при этом сказали?
— А, это вы, — помолчав, ответил Берия. — Помню. Вы уронили несколько папок и не знали, что вам в первую очередь делать: отдавать мне честь или их собирать. Я вам посоветовал жонглированием папками заниматься в цирке и выругался по-грузински.
— Хорошо, товарищ Берия. Майору, который сейчас с вами разговаривал, я могу доверять?
— Можете. И охране объекта № 48 тоже. Кто вам дал приказ забрать Максимова.
— Лично майор Кулешов, мой непосредственный начальник. Приказал устно. Он же вручил все необходимые документы и сказал, что связи на объекте не будет. Кто ее нарушил — не знаю.
— Куда вы должны были доставить Максимова?
— Тоже не знаю. Максимова мы должны были забрать по возможности тихо — если не получится — применить оружие. После удачного выезда с Максимовым нам нужно было остановиться в конце Язьковского переулка. Там к нам должен был подойти человек в штатском, назвать пароль, выслушать отзыв и сообщить адрес, куда ехать.
— До какого времени человек должен вас ждать?
— До 23.00. Еще в запасе почти полчаса.
— Какой пароль? Отзыв? Сколько должно быть машин?
— Пароль: товарищи, папироской не угостите? Отзыв: «Памир» устроит? И протянуть в окно открытую пачку. Машин три. Их номера, думаю, этот человек знает.
— Хорошо, пока еще старший лейтенант Филимонов. Передайте трубку товарищу Колодяжному.
Колодяжный выслушал распоряжения Берии и поспешил на улицу. С двух расстрелянных эмок быстро скрутили номера и приладили их на приехавшие целые машины. Третью эмку, ожидавшую группу старлея на улице перед наружным корпусом, удалось взять почти без боя еще до приезда поддержки. В машины загрузилась группа захвата, и они умчались «угощать штатского папиросками».
Колодяжный вместе с Куевдой отправились в дом к подопечным, а капитан, командовавший приехавшей группой, занялся наведением порядка. Первым увезли на скорой помощи в госпиталь раненного в живот парнишку-караульного, следом в сопровождении охраны отправили туда же и четырех простреленных «гостей», которые, судя по всему, просто выступали пешками в преступной игре своего начальства и были в полной уверенности, что они, как обычно, всего лишь арестовывают врага народа Максимова, затесавшегося в органы доблестной госбезопасности.
— Ну как? — поздоровавшись с Колодяжным, спросил Алексей Валентинович вернувшегося Михаила.
— Похоже, — ответил, снимая вместе с майором верхнюю одежду в прихожей, Михаил, — своя своих не познаша и постреляша. Как всегда: паны дерутся, а холопы мрут. Убит один наш караульный, другой серьезно ранен в живот; у «гостей» четверо наповал и четверо ранены. У них была еще третья машина, на улице оставляли; какие потери там — не знаю.
— Из нашего ведомства оказались «гости», — добавил Колодяжный, — из 2-го отдела, секретно-политического. Скорее всего, просто выполняли приказ своего начальства. Ладно, служба и у нас, и у них такая. Дальше пусть руководство повыше разбирается: кто эту кровавую кашу заварил. Лично товарищ нарком возглавил расследование.
— Хорошо еще, что мы заранее всполошились, — порадовался, приглаживая короткие кудрявые волосы, Куевда. — О пропаже связи узнали. А иначе караул бы их без опаски (все бумаги в порядке) пропустил бы прямо к дому, и, кто знает, как бы все повернулось. Вовремя, однако, я звонить попробовал… Погоди, Алексей. А звонить-то я стал по твоей просьбе. Тебе Судаев срочно понадобился. Какая-то идея тебя неожиданно озарила. Так?
— Ну да, — кивнул Алексей Валентинович. — Так.
