Брюнет подошел к портье, изучая кусок тротуара, где через несколько секунд должна будет разыграться вся партия. Двое прохожих читали прикрепленный на киоске анонс следующего выпуска «ФрансДиманш», обещавший поведать о последних, душераздирающих событиях в судьбе бедолаги Тони.
Оба одновременно обернулись и, посмотрев через матовое стекло на брюнета, чуть заметно кивнули.
Небольшой фургон и сопровождавшие его два мотоциклиста, не доехав до банка, притормозили на красный свет. Им оставалось только переехать улицу и припарковаться у тротуара на углу.
- Теперь дело за тобой, - предупредил темноволосый папашу Эдуара, - и - учтите! - если комуто взбредет в голову фокусничать, будем стрелять без предупреждения! Усекли?
Ответом ему было напряженное молчание, а загоревшийся зеленый свет позволил наконец фургону и его страже подъехать к банку. Двое сидели в кабине, и трое - внутри, вместе с деньгами.
Шофер остановил машину рядом со входом в банк. Мотоциклисты замерли рядом, не слезая со своих сидений и не заглушая моторов. Самая удобная позиция, чтобы в случае необходимости немедленно начать действовать. Оба расстегнули кобуры и машинально проверили, легко ли там ходят их «кольты» сорок пятого калибра. Шофер и сопровождающий, не отрывая глаз от дверей, ждали, когда появятся месье Финберг со служащими, чтобы, в свою очередь, выйти из машины. Спутник шофера тоже был вооружен.
Они видели, как темноволосый мужчина с кожаной папкой, улыбнувшись, дружески похлопал месье Финберга по плечу, и тот улыбнулся в ответ.
Дверцы фургона, как по волшебству, распахнулись изнутри. Оттуда выпрыгнули два автоматчика.
Третий вытолкнул из фургона тяжелый брезентовый мешок, закрыл дверцы и сразу же заперся изнутри.
На обоих концах запломбированного мешка имелись ручки. Взявшись за них, Финберг и шофер приподняли его с земли.
Охранники и служащие банка выстроились цепочкой до самого порога, где их ждал папаша Эдуар.
Два автоматчика охраняли несущих мешок: один - на полшага впереди, другой - сзади. Оба напряженно осматривались.
Брюнет шел рядом с Финбергом. Он знал, что мешок полон крупными купюрами, и их сумма представлялась чертовски внушительной. Но, поскольку силы охраны порядка насчитывали в общей сложности семь человек (не иначе, как по числу смертных грехов), главарь банды также понимал, что одна фальшивая нота - и начнется дьявольский танец.
Что до Финберга, то он уже ни о чем не думал. Вес мешка пригибал его влево. Любому директору банка известно, что по понедельникам денег всегда больше, чем в последующие будние дни, но на сей раз мешок казался ему еще тяжелее обычного.
Папаша Эдуар уже отошел в сторону, освобождая дорогу, а Финберг, коснувшись ногой порога, втянул голову в плечи.
Брюнет пропустил директора банка вперед, чтобы папаша Эдуар сразу запер за их спиной дверь и не пытался делать глупостей.
Блондины дали спокойно пройти Финбергу с мешком, но охранникам, идущим следом, вдруг показалось, что они взлетают. На каменные плиты пола они рухнули уже безоружными.
- Всем скрестить руки за спиной! Живо! - распорядился главарь, подталкивая вперед папашу Эдуара.
Блондины собрали валявшееся оружие и швырнули мешок за перегородку. Служащие пригнулись, чтобы не получить по голове бесценным грузом, и мешок приземлился у самой боковой двери.
Следом за ним пронеслись блондины: один подхватил мешок, другой распахнул дверь.
Главарь одновременно запер парадный вход и велел всем держаться подальше от окон.
Из всех налетчиков в банке теперь остался он один. Он мысленно отсчитывал секунды, которые потребуются его людям, чтобы погрузить мешок в торговый фургончик с яркой рекламой.
Теоретически мотоциклисты могли увидеть, как мешок несут из переулка к аптеке, и столь неожиданное продолжение его путешествия не преминуло бы заинтересовать их.
Однако оба они слишком увлеченно слушали разговор двух коренных парижан на чисто французскую тему. Один из беседовавших, потрясая свернутой в трубку газетой, схватил другого за рукав.
- Ах, так вам, выходит, плевать, что мой братец живет с вашей женой?
- Этого я не говорил, - спокойно возразил другой.
- Тогда дайте ей развод!
- Ничего подобного я тоже не говорил… Я только сказал вам, что когданибудь она вернется домой, вот и все…
Мотоциклисты обменялись улыбками и продолжали слушать двух не на шутку разговорившихся прохожих со все возрастающим любопытством.
- Ох, и насмешили! - воскликнул первый и действительно рассмеялся. - Между прочим, я от нее слышал совсем другое! - Он хлопнул себя в грудь свернутой газетой.
- Позвольте! Рогоносец - не вы, а я!… Причем рогоносец, отлично знающий свою супругу, можете мне поверить! Повторяю вам: она вернется.
- И вы примете ее обратно? - возопил первый, воздев руки к небу.
Он чуть ли не призывал мотоциклистов в свидетели, но сам нарочно стал так, чтобы изза него те не могли увидеть, как два налетчика пробежали с мешком к фургончику.
- Я люблю эту женщину. Пусть у нее будет еще куча любовников, но в один прекрасный день она успокоится, - небрежно бросил рогоносец.
