— Давай с самого начала. Во-первых, как ты оказался у Дворца, когда вспыхнул пожар?
— О, я там не оказывался! Я работал в Арсенале. Потом услышал шум. Подошел к дверям, увидел дым и…
Преодолев первоначальную робость, Маллед обнаружил, что дальше повествование идет гораздо легче. Он описал всю последовательность событий, начиная с того момента, как увидел дым, и кончая тем, как рухнул на свою койку в Арсенале.
— И тебе никто не подсказывал, как надо действовать? — поинтересовался Принц, выслушав рассказ. — Не ощутил ли ты благотворного влияния богов, в результате которого и оказался в нужном месте в нужную минуту?
— Нет, Ваше Высочество. — Маллед почувствовал некоторое беспокойство, понимая, куда ведет этот вопрос. — Я ощущал лишь естественное желание что-то предпринять. Как всегда бывает при пожаре.
— Некоторые солдаты, видевшие тебя в деле, предположили, будто в твоем лице явился Богоизбранный Заступник, чтобы спасти Домдар в эти трудные времена.
Поскольку это был не вопрос, а утверждение, Маллед счел для себя возможным избежать комментариев.
Однако он не сомневался, что прямой вопрос не заставит себя ждать, и лихорадочно придумывал наилучший ответ. Врать этому человеку он не мог. Перед ним был Принц Гранзер — зять Императрицы, Председатель Имперского Совета! Но правду говорить очень не хотелось. Если Гранзер поверит в то, что он Заступник, то может послать его на Гребигуату командовать армией. Это не его, Малледа, дело: он кузнец, а не воин!
— Скажи, ты действительно Богоизбранный Заступник?
— Я?! — Маллед изобразил на лице крайнюю степень изумления. — Не знаю. Да и как вообще в этом можно быть уверенным?
— Следовательно, во время пожара ты никому не говорил, что являешься Заступником?
— Нет! Конечно, нет! — абсолютно искренне ответил Маллед. — К чему об этом говорить? Я вовсе не хочу, чтобы кто-нибудь так думал!
Кузнец себя ненавидел. Он надеялся лишь на то, что не выдаст себя голосом. Но по какому праву он вводит в заблуждение самого Принца?
Разве не обязан он признаться? Не должен ли показать Его Высочеству письмо Долкаута?
Как бы то ни было, послания жреца он с собой не носил, оно оставалось в Арсенале среди его пожитков. Маллед не хотел его никому показывать. Он выполнил свой долг перед Империей, оставив жену и детей ради того, чтобы ковать мечи. Разве этого недостаточно?
Однако, стоя в растерянности перед Принцем, Маллед ощущал себя чуть ли не предателем. Ему хотелось, чтобы это закончилось поскорее и он смог бы вернуться в Арсенал, забыть о Дворце и обо всем, что с ним связано.
— Значит, ты поступил, как считал нужным, и никаких иных мотивов у тебя не было? — допытывался Принц.
— Совершенно верно, Ваше Высочество.
— Ты — смелый человек, Маллед из Грозероджа. И я тебя с этим поздравляю, — отечески улыбнулся Принц.
Маллед почувствовал себя ещё хуже. Как смеет он обманывать такого человека! Но он взял себя в руки и лишь пробормотал:
— Благодарю, Ваше Высочество.
— Итак, — продолжал Принц, — поскольку ты оказался первым на месте происшествия, то не заметил ли нечто такое, что указывало бы на причину пожара?
— Нет, господин… простите, я хотел сказать, Ваше Высочество. Ничего такого я не видел. Мне даже не известно, в каком месте пожар начался. Когда я переступил порог Дворца, пылало уже с полдюжины комнат.
— Понимаю, — кивнул Принц Гранзер. — Скажи, Маллед, тебе когда-нибудь доводилось беседовать с кем-либо из членов Имперского Совета?
Этот вопрос застал кузнеца врасплох.
— Боюсь, никогда не беседовал, Ваше Высочество, — замявшись, промолвил он.
— Возможно, ты встречал Ниниама? Или Лорда Сулибаи?
— Насколько я знаю — нет, — ответил изумленный Маллед.
— А как насчет Верховного Жреца Апириса? — Принц небрежно махнул рукой, как бы показывая, что особого значения своим вопросам не придает.
— Он не захотел нас принять.
— Вот как!
— Да. Как только мы пришли в Зейдабар, Вадевия хотел поговорить с Верховным Жрецом, — объяснил Маллед.
Вопрос Принца вновь оказался неожиданным, и кузнец не успел придумать краткого ответа.
— Он не захотел нас принять, и потому я его не видел, — закончил Маллед.
— Кто такой Вадевия?
— Один жрец из Бьекдау. Из Бьекдау до Зейдабара мы шли вместе.
— Ах, вот как! Значит, он хотел поговорить с Апирисом, но тот отказался?
— Да, Ваше Высочество.
— Любопытно. И где же он сейчас, этот ваш Вадевия?
— Не знаю, Ваше Высочество. Возможно, в Великом Храме. Разве они не дают пристанище жрецам, явившимся из иных мест?
— Ах, да, конечно! Выходит, к этому времени он уже мог поговорить с Апирисом?
— М-м-м… Полагаю, что мог, Ваше Высочество.
— Не встречал ли ты когда-нибудь Леди Вамию, Маллед?
— Нет, Ваше Высочество. — От сильного волнения из Малледа как бы сами собой выскакивали рубленые ответы.
— А Лорда Кадана?
— Нет, Ваше Высочество. — По крайней мере он знал, кто такой Лорд Кадан. О Леди Вамии и остальных он и слыхом не слыхивал.
— Леди Лузла?
— Нет, Ваше Высочество.
— Умеешь ли ты, Маллед, читать и писать?
— Немного, Ваше Высочество.
— Очень хорошо, — кивнул Гранзер. — Тогда я попрошу тебя кое-что для меня сделать.
