– Тебе точно надо пойти в театральный… Такой талант даром пропадает, – прокомментировал он недавнее ее выступление. – Только для чего ты добавила в декорации котел и очаг? Не кажется ли тебе, что это немного из другой пьесы?
– Ха!.. Ты же сам видел нашу грымзу, но плохо знаешь… Для нее подходит только одна роль – главной ведьмы!
К слову, грымзой Юля только что назвала их учителя на первом уроке, Киру Валентиновну, рыжеволосую и зеленоглазую.
– Да ты ее словно ревнуешь за то, что она больше похожа на ведьму, – заметил он, за что получил кошачий хвост, усы с лапами и уши.
Оценив наложенную на себя иллюзию, Ким оглянулся и, пользуясь тем, что Глеб занимал соседнее место, снова положил руку ему на плечо и развеял кошачий образ. Родственник адмирала Макарова удивленно глянул на него и, скользнув взглядом дальше на недовольно скривившуюся Юлю, понятливо кивнул.
– Вы не могли бы подурачиться после уроков? – высказал он им обоим свое недовольство.
– А ты бы не мог попроситься в другой класс? – огрызнулась на него девушка. Из-за того, что он всегда, хоть и не специально, разрушал ее иллюзии, она терпеть парня не могла.
И в этот момент из коридора в класс вошла королева.
Айка окинула класс строгим взглядом, задержав его на Юле, от чего та сразу сникла и сделала вид, что вообще здесь ни при чем и ей интересен вид из окна.
«Странно! – подумал Ким с некоторым недоумением. – Ее вроде бы не было на прошлом уроке в этом классе…»
Девушка прошла по притихшему классу (сразу становилось ясно, что она здесь в непревзойденном авторитете) и заняла место на свободной парте прямо перед Юлей, которая сразу же скисла и стала разглядывать свои ноготки.
Прозвенел звонок, и как в прошлый раз в течение какого-то времени они снова сидели одни, ожидая учителя. От нечего делать Ким стал разглядывать сереброволосую обладательницу способности к телепортации. В ожидании учителя та неторопливо просматривала свой конспект на мониторе компьютера. Идеально ровная осанка, неизменная толстая коса и плавный изгиб шеи. Именно на ее шею он и засмотрелся. Ее красота не вызывала в нем особых чувств. В этом смысле та же Вика была ему более симпатична. Странно, но почему-то девушки с небольшими изъянами во внешнем виде вызывали в нем больше интереса, чем такие, как Айка, во всем идеальные. Глупо? Возможно… Но именно из-за ее почти нереальной внешней красоты он воспринимал ее не как девушку, а скорее как символ. Правда, проведенные с ней два дня несколько изменили его мнение о ней. Он видел ее в той ситуации, в которой трудно скрыть свою истинную натуру. И надо признать, он был ею восхищен и был бы не прочь назвать ее своим другом.
Рыжая учительница явилась народу, то бишь своим ученикам, эдаким вихрем, ворвавшимся в класс без грамма раскаяния и сожаления за свое опоздание.
– Всем привет!..
«Она учительница или где? Я почему-то больше воспринимаю ее как свою ровесницу. Разве это нормально? – с некоторым неодобрением подумал о ней Ким. – Скорее учителя здесь ненормальные…»
Учительница обвела класс взглядом и вдруг задержала его на нем. От предчувствия чего-то нехорошего Юре стало крайне неуютно. Так обычно смотрят только на пойманного с поличным.
– О, Ким! Мальчик мой, – обрадованно начала она, – встань, пожалуйста, покажись народу, чтобы все на тебя полюбовались…
Не понял… Начало крайне тревожное. Все расслабленное состояние Кима словно ветром сдуло.
– Вы только посмотрите на этого скрытного красавца! – тем временем продолжала Грымза. – А не расскажешь ли ты нам о своих способностях, о которых ты случайно забыл поведать нам на прошлом уроке?
Вот теперь все стало на свои места.
– Вы об этом? – спокойно уточнил Ким, и у него в ладонях появились огонек и ледяная стужа. Что толку теперь это скрывать?
По классу пронесся изумленный вздох.
– Какая прелесть! – восхитилась рыжая Кира. – Сочетание двух противоположных стихий… Это твой предел, или можешь больше?
– А что вам предпочтительней, заморозить здесь все или сжечь дотла? – в свою очередь любезно осведомился Ким.
– Я бы хотела увидеть обе твои стихии в полную силу, но оставим эксперимент до другого раза и места. – Учительница выглядела очень возбужденной, словно ребенок, дорвавшийся до новой игрушки. – Теперь каждую пятницу ты будешь персональным гостем в моей лаборатории, так что поздравляю тебя с этим!
– Во попал, – донесся до него чей-то сочувствующий шепот.
– В каком смысле?
Что-то ему все меньше и меньше нравился этот ее взгляд. Особенно не хотелось быть гостем у нее в лаборатории. Что-то ему подсказывало, что ему это не слишком понравится.
– В смысле будешь моей мышкой! – А взгляд какой! Добрый-добрый…
«Ну вот, что и требовалось доказать», – мрачно подумал он, недобро взглянув на учительницу.
А вот она изменилась. Он видел перед собой словно другого человека. Кира Валентиновна больше не паясничала и не улыбалась. Он видел холодный взгляд и профессиональный интерес.
– Задержись после урока… Пообщаемся… Больше ничего такого от нас не скрываешь? Лучше сам признайся, – произнесла она, послав многообещающий взгляд.
