Увернулся от плевка и еще раз выстрелил. В упор. В мохнатое брюшко. Крыло выскользнуло из руки, а мотылька отбросило на камни.
Добил уже клинком, стараясь не вляпаться в лужу синих соплей, натекших из раскуроченного брюшка. А вот синий энергетический «дымок», наоборот, принял с распростертыми объятиями. И не только я — эйфория Ориджинала была чуть ли не физически осязаема.
Похоже, навык не дадут. Типа, что использовал, то и улучшается. Понял, принял, будем работать в этом направлении. «Монстропедия» подсказала, что у «бражников» нужно брать усики, железы, которые формируют голубую слизь, и некоторые коллекционеры собирают костяной нарост на спине из-за его странных, но чем-то красивых узоров.
Я погрузил добычу на спота и пошел обратно к заброшенному месторождению. Побродив еще немного среди обломков, нашел два небольших осколка минерала — камни неизвестной мне породы, на одном из которых были странные круги, будто это какой-то орнамент. Я не знал, насколько ценной была моя находка, но вдруг это не старатели выбросили, а с аномалией какой-нибудь пришло.
Сверился с картой и продолжил свой путь к точке. Горы вокруг меня стали круче, и находить проходы между ними становилось все сложнее. Я был вынужден часто сворачивать в узкие ледяные тоннели, или взбираться на возвышенности напрямик, без проложенных троп.
Ветер стал заметно сильнее: резкие порывы поднимали вверх ледяную крошку, смешанную с песком, и мощно обрушивали свою ношу на землю.
Идти стало совсем сложно, а спота так вообще приходилось переносить на руках. Я несколько раз поскользнулся, чуть не свалившись на камни в острых разломах. И решил, что нужно снова искать пещеру, чтобы переждать ураган.
Через несколько метров я увидел в скале небольшой грот, который мог послужить мне прекрасным убежищем. Я зашел внутрь и осмотрелся. На первый взгляд, здесь не было ничего примечательного. Гладкий, почти зеркальный пол и острые сосульки под потолком. Я выбрал место, над которым потолок был наиболее чистым, усадил рядом спота и прислонился спиной к ледяной стене.
Промелькнула мысль законсервировать Ориджинала на время бури и вернуться на станцию. Однако все самое интересное, что произошло со мной в Мерзлоте, начиналось вот в таких вот пустых и непримечательных пещерах. Поэтому я решил все же не отключаться и посмотреть, что будет дальше.
Ураган снаружи усилился. Темные тучи опустились на зону, где я находился. А через несколько минут в пещере стало совсем темно. Я даже сначала подумал, что кто-то закрыл в нее вход, и встал с пола, чтобы убедиться, что этого не произошло.
Удостоверившись в том, что вход по-прежнему открыт и свободен, я повернулся внутрь пещеры и застыл на месте. Прямо передо мной, практически на том месте, где я недавно сидел, внутри стены появилось свечение, по форме и силуэту, напоминающее стелу или небольшой обелиск.
Интересный эффект, что-то типа люминесцентной краски, ставшей ярче на несколько тонов в темноте. Навскидку, до нее сантиметров десять. Я переключил визор в режим ночного видения и по новой решил осмотреть пещеру. На обелиске были высечены какие-то символы, которые снова мне ни о чем не говорили.
Надо будет отдельно изучить лингвистические форумы, и у Симонова был какой-то друг на кафедре. Смешной взлохмаченный дядька, похожий на Эйнштейна. Но это потом, а пока сделал несколько снимков и отметил координаты на карте.
Посмотрел на потолок, где несколько сосулек явно выделялись на фоне остальных сталактитов. И дело было не только во внутреннем свечении, они были толще у основания и сходились в конус под более толстым углом. Внутри что-то было, белые полоски, как гвозди в ребрах на рентгеновском снимке. И это что-то шевелилось, будто черви в коконе.
Я отступил к выходу, инстинктивно подняв дробовик. У меня осталось три патрона, а их здесь больше десятка. Так себе расклад.
Противоположная стена казалась обычной, а вот пол в темноте стал выглядеть иначе. Под ногами будто спираль была нарисована, которая начиналась от входа и скручивалась к центру пещеры. И не просто светилась, а, как и обелиск, непонятный шланг был вмонтирован в лед.
За спиной что-то громыхнуло, осветив все яркой вспышкой молнии и на мгновение сбив мне ночное зрение. Картинка исказилась, выдала разноцветную рябь, залив все слепящем светом. Система пискнула и, быстро перенастроившись, вернула все как было.
Черт! Не все! Пол исчез, а спираль, распрямившись, превратилась в воронку, опустившуюся на несколько метров. А на ее дне, царапая лапами скользкие стены воронки, карабкался спот. Да еще и несколько сосулек-коконов треснули, раскололись и сейчас были пусты.
