— О, деда. Твой шашлык — это просто праздник живота какой-то, — радостно захлопала в ладоши Вика. — Если ты и сам его сделаешь для меня, тогда я обязательно приеду.
— Вот, вот. Ты сама приезжай, и друзей своих с собой захвати для компании. Чем больше будет молодёжная компания, тем нам старикам будет интересней. Давно я с нашей молодёжью на коротке не общался, — усмехнулся дед и снова хитро подмигнув внучке добавил: — И своего знакомого Юру-дворника пригласи к нам обязательно.
Вика стрельнула на деда своими хитрющими глазами и залилась смехом.
— Ой, деда, ну какой же ты жук! Решил посмотреть на Юру и выстроил тут для меня целую комбинацию с шашлыком и приглашением на дачу?
— Ну прямо ничего от тебя не скроешь, — покаянно покачал головой Виктор Петрович. — Мне же старику тоже интересно посмотреть на вашего уникума, о котором столько разговоров.
— Что, накопал про него что-то интересное? — Лукаво улыбаясь, спросила девушка.
— Нет, не накопал ничего такого, но ты же сама знаешь, что даже если бы и накопал, то особо не стал бы распространяться. — Виновато развёл руками дед.
— Знаю, деда, знаю, — рассмеялась девушка, обнимая и целуя деда.
Бледный Земеля лежал под тёплым одеялом на разложенном и застеленном диване в своей комнате. На его раненое плечо была наложена свежая повязка. В тот самый день Карабанов, отъехав подальше от кафе, где они попали в засаду, наскоро обработал его рану и наложил на неё повязку. Земеле сильно повезло, что пистолетная пуля, выпущенная в него нападавшим почти в упор, прошла навылет. Во время перевязки Земеля скрипел зубами, сильно ругался и обещал выпустить кишки: и Самвэлу Нахичиванскому, и Ашоту, и вообще всей их армянской породе.
Когда они через пару часов вернулись к себе на базу, Иван помог ослабевшему товартщу выйти из машины и доковылять до крыльца, а там уже его подхватили близнецы и побледневшая Инга. Раненого сразу положили в его комнату. Карабанов помог Инге раздеть Земелю, потом снял наспех наложенную в машине повязку и ещё раз внимательно осмотрел входное и выходное отверстие раны. Иван немного понимал в ранах, и на первый взгляд, ничего страшного там не было. Инга принесла таз с тёплой водой и мокрым полотенцем обтёрла все тело раненого. В это время Иван растёр в тарелке несколько таблеток стрептоцида, и когда девушка закончила, он, присыпав раны получившимся порошком, наложил на плечо новую повязку.
Однако этим же вечером раненому стало хуже, и у него начался сильный жар. По хорошему, ему был нужен настоящий врач-хирург, но обращаться в больницы было нельзя, ведь любой врач, со стопроцентной вероятностью, сразу же позвонит в милицию об огнестреле. Поэтому, немного посовещавшись, Иван с Ингой решили, что будут справляться собственными силами.
Теперь, по прошествии трёх дней, Земеле стало лучше, и его мысли потекли в привычном русле. Вынужденное бездействие сильно тяготило его. Он тщательно обдумывал предстоящее дело с ограблением завода и понимал, что он сейчас точно не сможет участвовать в этом мероприятии. Он пока слишком слаб для активных действий. Все эти дни у него был сильный жар, и он метался в своей постели в полубреду. По совету Карабанова, Инга давала ему сильные антибиотики, а сам Иван делал ему перевязки, каждый раз щедро присыпая раны толчёным стрептоцидом.
— Какой сегодня день? — Тихим голосом спросил Земеля Ингу, которая, встав в интересное положение, мыла руками пол в комнате.
— Сегодня среда, двадцать шестое декабря, — немедленно отозвалась та, разгибаясь и отирая тыльной стороной ладони пот со лба.
— В пятницу будет зарплата на заводе — бесцветно сказал Земеля. — К Новому году им кроме обычного оклада дадут ещё и премию.
— Должны, — кивнула Инга, кинув тряпку в ведро. — Мне дохляк инженеришка с завода обещался с получки новое пальто с меховым воротником купить, хвастал, что ему сразу дадут и премию, и тринадцатую зарплату.
— Значит, бухгалтерша с заводским водилой будут перевозить денег гораздо больше обычного? — Задумчиво сказал Земеля.
— Будут-то, будут, вот только нам-то что от этого? — Зло сказала Инга. — Куда тебе такому сейчас?
— Мне некуда, — скрипнул зубами Земеля. — Амбал и Антоха сами, без меня, точно завалят дело. А вот Десантура, если вместо меня за старшего пойдёт, сможет с ними управиться и сделает всё как надо.
— Думаешь, он потянет? — Задумалась Инга. — Десантура ведь без году неделю с нами, и у него с Амбалом самого начала неприязнь взаимная. Как бы в процессе у них между собой опять свара не вышла.
— Десантура и не такое потянет. Там в кафе он себя очень хорошо показал. Башка у него хорошо работает, и воевал он опять же. А с Амбалом я сам поговорю, чтобы он не дурковал. Дело есть дело, и мне его нервы здесь на хер не нужны. Сделаем так, возьми Десантуру, пусть с тобой в машине сегодня проедет по всему маршруту и сделает прикидку, что да как делать. Да, и Воблу с собой прихватите, если что разнюхать нужно, лучше его нет.
— Ну, раз ты так решил, поедем. — Кивнула Инга. — Но только давай я всех сейчас позову, и ты сам им обо всём скажешь.
