От поступившего доклада Роберт Николаевич поморщился — для него с самого начала стало ясно, что под огнем восьми 203 мм орудий огромный крейсер, что должен был служить рейдером в океанских плаваниях, долго не продержится. Действительно, как не изощряйся, но из «рюриковичей» кораблей линии не выйдет, для эскадренного боя они полностью непригодны, даже «Громобой», на котором он сейчас держал свой флаг. Если под градом шестидюймовых снарядов еще можно продержаться, то вот чуть ли не втрое тяжелые 203 мм были смертным приговором. Ведь как не крути, «Россию» сейчас обстреливают главным калибром как бы два
— Поднимите сигнал о выходе из боя, мателотом станет «Баян» — он хоть забронирован отлично, как раз против восьмидюймовых снарядов. Шульц выстоит, Андреев пусть своим крейсером занимается — «Россия» в линию станет, как повреждения починит, полчаса, даже час имеется. Скоро у японцев припасенные запасы закончатся, а там стрелять втрое медленней станут.
Вирен беззвучно выругался — не думал, что японцы столь быстро предпримут радикальные меры, причем их превосходство станет неоспоримым. И это в первом же бою, когда он получил под командование бывший ВОК, с добавлением к нему «Баяна», на который он хотел перенести свой флаг. Вот только Матусевич резко воспротивился, сказав, что бывший командир крейсера, ставший флагманом, не должен вмешивать в жизнь корабля, но тут по привычке начнет не только лезть и давать указания, но и мешать при этом. Обычная ревность, основанная на памяти, что когда-то сам отдавал приказы с мостика, на котором теперь не хозяин. Так что Роберт Николаевич перенес свой флаг на «Громобой», сильнейший и лучше других защищенный крейсер ВОКа, и хоть остался недоволен, но понял правоту командующего. И сейчас, повернувшись к офицерам, произнес, покачивая головой:
— Скверно, господа, но скоро будет намного хуже. Сейчас на «Токиве» орудий главного калибра столько же, как на трех других «асамоидах». И присмотритесь к «Касуге» — на ней тоже теперь кормовая башня одинарная, с десятидюймовой пушкой. И еще три восьмидюймовых ствола со щитами на верхней палубе с каждого борта. Если японцы также перевооружат все свои броненосные крейсера вместе с «Ниссиным», нам придется туго. Тут можно просто удвоить бортовой залп главным калибром. Даже наши «иноки» станут слабее — у них броневой пояс не дотягивает до оконечностей, а высокий борт не бронирован, также как на «рюриковичах». И что делать в такой ситуации — ума не приложу. Одна надежда — на подход отряда старых броненосцев, все же три корабля, способных сражаться в линии.
В боевой рубке «Громобоя», со стенками из толстой 305 мм брони, воцарилось молчание — все «переваривали» полученную информацию под грохот корабельных пушек. Перевооружение «Токивы» на единый 203 мм калибр было чертовски опасным примером, как бы наглядной демонстрацией намерений японцев, не сулящих ничего доброго русским кораблям.
— Надо убирать все шестидюймовые орудия, заменив на верхней палубе с каждого борта две пушки из четырех на 203 мм стволы. Тогда в бортовом залпе будет шесть таких пушек, что вполне приемлемо. К тому же на корме можно установить еще одну такую же пушку со щитом, как предполагается на «России». Тогда общее количество стволов станет одиннадцать, из них в бортовом залпе семь. С батарейной палубы шестидюймовые пушки снять, боковые и задние стенки казематов убрать, и за счет этого добавить листы стали между наружными броневыми стенками казематов, как проделали на «полтавах». Хватит трех дюймовых, или пяти-шести полудюймовой толщины. Получится второй броневой пояс, как на «пересветах» — но там в четыре дюйма гарвеевской стали. И длиной от носового до кормового казематов, выше главного шестидюймового броневого пояса — этого вполне достаточно. К тому же не будет излишней верхней нагрузки, метацентрическая высота и остойчивость сохранится. Можно будет также забронировать оконечности, от кромки трехдюймового пояса до штевня — это займет примерно два месяца работ в доке. Даже полтора, а то и месяц — если найдутся листы и опытные мастеровые, и работать следует беспрерывно. Необходимые расчеты можно проделать быстро, ваше превосходительство, не такие они и сложные — просто тщательно пересчитать весовую нагрузку.
Командир «Громобоя» капитан 1-го ранга Дабич был опытным моряком, умным — никогда и ничего не предлагал спонтанно, вначале все тщательно продумывал. Вирен только кашлянул — выходило, что не только они с Матусевичем предвидели такие вещи, но и другие осмыслили вереницу боев, которые произошли за это время.
