Трое вахтенных, Алик, Лёха и Белоног, кинулись в оружейку. Оттуда выскочили нагруженные сбруей с пистолетами, ПеПе-шками и штатными запасными магазинами. Шорох прихватил себе булл-пап мелкашку с оптикой и «батон» с 400-ми патронов (Потренируемся с ребятями по скалам - довольно пояснил он), еще несколько человек повесили на пояса «Извращенцев», сразу стало видно наших «милитаристов»… Ну и два топора, лопату, пилу, молоток и гвозди тоже не забыли.
Все опять построились. Пен вышел перед строем:
- Обед через полтора часа, здесь на шхуне. Старший команды на Берегу - Яша. Насиловать местных коз запрещаю. Местным козлам рогов не отшибать! Вольно!
Толпа с гиканьем ссыпалась в бот и отчалила, устремляясь к вожделенному пляжу. Я им откровенно завидовал. Оставшиеся потихоньку разбрелись по судну. Замок спустился на камбуз, погрозив, что разносолами и обедом из трёх блюд он такие наглые морды кормить не намерен. Пен уединился в рубке, ссылаясь на то, что должен в совершенстве овладеть возможностями этого корабля. А я послонялся по палубе, спустился по трапу, окунулся в обжигающую холодом воду (не более 8-10 градусов господина Цельсия), поорал вволю от восторга, распугав на километр ближайших чаек и дрожащим овечьим хвостом растёкся на горячей палубе. Из камбузной трубы духовито потянуло чем-то вкусным и весьма питательным.
Пустая, безжизненная палуба провоцировала на какие-либо осмысленные действия. Я разрядил, пробанил и зачехлил орудие, потом спустился в кокпит-крюйт-камеру и вынес к уже имеющимся ленточным коробкам к пулемёту и гранатомёту ещё две. Потом повторил эту операцию. Зарядил ленту в пулемёт, поставил на предохранитель и поигрался немного, наводя его на воображаемые цели на скалах. Сам пулемёт, в общем-то не вызывал особого интереса. Из пулемётов и винтовок калибром .50 Браунинг мне ещё при «той жизни» довелось достаточно пострелять. Правда на суше. Но возможности подобной машинки я представлял себе неплохо. А вот отдачу и остальные «общие» проблемы конкретно этого «чуда» ещё предстояло прочувствовать.
С гранатомётом всё обстояло много сложней. «Там» я из них вообще ни разу не стрелял. Устройство и принцип работы выяснял только по чертежам. Видел пару раз на международных выставках, руками мацал, насколько позволялось… и это ВСЁ! Да и калибр там был, насколько помнится, меньше.
Уже «здесь» на Базе не удержался и расстрелял одну ленту на 30 гранат по скалам, но до конца «не въехал». Очень малая отдача, лента на 30 гранат, компьютером-дальномером программируемый дистанционный подрыв, стрельба поверх цели, дистанция до 2 км, цомовский электронный (день-ночь) экранный прицел. К этому нужно привыкать и привыкать. Я об этом только в Интернетах читал.
С берега доносились вопли резвящихся парней. Я приподнялся и глянул над бортом. Возле шлюпки, приткнувшейся к берегу, было двое: Шорох и Алик. Остальные дальше, часть купалась на мелководье в устьи речки, другие собирали там же плавник для мишеней.
На палубу вышел Замок с удочкой, сказал, что обед «допревает» и пристроился с правого борта под шлюпочными талями. Первым желанием было присоединиться к нему, но потом прикинул: мои удочки не настроены, до обеда минут 40… и отказался от этой идеи. Вновь углубился, лёжа на палубе, в мануал на планшете по гранатомёту, спрятавшись в тень козырька рубки. Пен врубил через динамик матюгальника негромко Джо Дассена. Наступила сплошная идиллия.
Вдруг, щёлканье и визг металла, тут же непонятный грохот и дикий нечеловеческий вой Замка. Как я не обгадился с перепугу не знаю, просто распластался окурком по палубе. Потом заметил вопящего Замка, корчащегося под шлюпочной талью, и метнулся к нему. Выскочив из-за прикрытия фальшборта, увидел парусник, перекрывающий вход в бухту и окутанный клубами дыма.
Замок страшно орал и матерился. Левая его ступня болталась на лохмотьях кожи и сухожилий отдельно от голени, а из неё тонкой струйкой ссала кровь.
Из рубки чёртом выскочил Пен и кинулся к нам. Вдвоём с ним мы оттащили Николая под прикрытие фальшборта.
- Петя! Срочно аптечку и жгут! - заорал я. - Да ползком, они сейчас снова могут пальнуть!
Пен, пригибаясь, метнулся опять в рубку и через 20 секунд выскочил оттуда с чемоданчиком походной аптечки. Замок скрежетал зубами и очень грязно, и богохульно матерился, но сознания не терял. Пока Петька накладывал ему под коленом жгут, я вколол ему в бедро тюбик с антишоком. Потом осторожно выглянул из-за борта.
Дым возле напавшего судна почти рассеялся. То есть, прицельно залупить картечью из пушек они могут в любой момент. Переполз на другой борт вне видимости противника, как там ребята на берегу? Шорох с Аликом прилегли за шлюпкой и осторожно выглядывают. Купальщики резво покидали воду и неслись к скалам, а те, кто должен был ставить мишени, залегли за песчаным гребнем косы.
